Копия

Дело № 1-1/2020

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

Реутовский городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Сидоренко О.Г., с участием государственных обвинителей заместителя прокурора г.Реутов Московской области Гуровой Е.А., помощников прокурора г.Реутов Московской области Задорожной О.П., Егоровой Е.А., подсудимого Киселева В.Ю. и его защитника по соглашению адвоката Соколова С.А., представившего удостоверение № и ордер №, потерпевшего ФИО20 М.В. и его представителя адвоката ФИО52, представившей удостоверение №, ордер №, при секретарях Шаховой А.Д., Гревцеве С.В., Салюк А.А., рассмотрев уголовное дело в отношении:

Киселева Вадима Юрьевича, <данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Органами предварительного расследования Киселев Вадим Юрьевич обвиняется в совершении мошенничества, то есть приобретении права на чужое имущество путём обмана, совершённого в особо крупном размере, при следующих обстоятельствах.

Киселев В.Ю., являясь директором ООО «Управляющая компания «ФИО3» (ИНН 7705805261, ОГРН 1077759121065), действуя от имени ООО «Управляющая компания «ФИО3» через представителя по доверенности ФИО10, не осведомлённую о преступной деятельности Киселева В.Ю., в период времени с 09 часов 00 минут до 18 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ, действуя умышленно, из корыстных побуждений, в целях незаконного приобретения права на имущество ФИО20 М.В. путём обмана, подал исковое заявление в Реутовский городской суд <адрес>, расположенный по адресу: <адрес>, о взыскании с ФИО20 В.М. денежных средств по договору купли-продажи паев закрытого паевого инвестиционного рентного фонда «Земли Подмосковья» в размере 180238400,00 рублей, а также расходы по госпошлине в размере 60000 рублей, мотивируя свои требования тем, что по договору купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ, якобы заключенного между ФИО20 М.В. и частной компанией с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД», расположенной на территории иностранного государства по адресу: <адрес>, Лимассол, Христодулу Хатзипавлу, 205, Лулупис Корт, 201, в собственность ФИО20 М.В. якобы приобретены ценные бумаги-пай закрытого паевого инвестиционного рентного фонда «Земли Подмосковья» под управлением ООО «УК ФИО6» в количестве 1774 штук по цене 101600 рублей за штуку, однако несмотря на требования ООО «Управляющая компания «ФИО3» ФИО20 М.В. условия договора не выполнены – стоимость паев не уплачена. Права требования по указанному договору купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ перешли к ООО «Управляющая компания «ФИО3» на основании договора уступки прав требования б/н от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «Управляющая компания «ФИО3» в лице Киселева В.Ю. и частной компанией с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД» также в лице Киселева В.Ю. При этом частная компания с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД» фактически подконтрольна Киселеву В.Ю., а формально принадлежит брату супруги Киселева В.Ю. – ФИО22 А.В. Обман Киселева В.Ю. выразился в том, что им в суд через представителя был представлен фиктивный договор купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку фактически данный договор не заключался, ФИО20 М.В. и частная компания с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД» в указанной части в договорные отношения не вступали, подпись в указанном договоре от ДД.ММ.ГГГГ выполнена не ФИО20 М.В. а другим лицом. ДД.ММ.ГГГГ федеральным судьей Реутовского городского суда <адрес> ФИО33 вынесено заочное решение от ДД.ММ.ГГГГ о взыскании с ФИО20 М.В. в пользу ООО «Управляющая компания «ФИО3» 180238400 рублей.

Таким образом, по версии следствия, Киселев В.Ю. путём обмана приобрёл права на имущество ФИО20 М.В. в размере 180238400 рублей, т.е. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

Однако, исследовав в ходе судебного разбирательства все доказательства, сопоставив и проанализировав их, суд пришел к убеждению, что органами предварительного следствия достаточных доказательств виновности Киселева В.Ю. в совершении инкриминируемого ему преступления не добыто.

Доказательствами, обосновывающими и подтверждающими виновность Киселева В.Ю. в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, по версии обвинения являются:

- копия искового заявления, поданного в Реутовский городской суд ООО «УК «ФИО3» к ФИО20 М.В. о взыскании убытков в размере 180 238 400 рублей, а также расходов по госпошлине в размере 60 000 рублей, мотивированное тем, что ФИО20 В.М. не выплатил денежные средства в размере 180 238 400 рублей по договору купли-продажи паев закрытого паевого инвестиционного рентного фонда «Земли Подмосковья» от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ним и частной компанией с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД» (в количестве 1 774 штук по цене 101 600 рублей за штуку).(т.1, л.д. 98-99)

- копия договора купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ, якобы заключенный между ФИО20 М.В. и частной компанией с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД» на сумму 180 238 400 рублей. (т.1, л.д. 100-101)

- копия договора уступки прав требования б/н от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ООО «Управляющая компания «ФИО3» в лице Киселева В.Ю. и частной компанией с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД» также в лице Киселева В.Ю., согласно которому права требования по договору купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ, переходят к ООО «Управляющая компания «ФИО3».(т.1, л.д. 102-103)

- копия доверенности от имени Киселева В.Ю. на имя адвоката ФИО10, которой по поручению Киселева В.Ю. в Реутовский городской суд было подано исковое заявление о взыскании с ФИО20 М.В. 180 238 400 рублей. (т.1, л.д. 104-104)

- копия заочного решения Реутовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ о взыскании с ФИО20 М.В. убытков в размере 180 238 400 рублей, а также расходов по госпошлине в размере 60 000 рублей. (т.1, л.д. 107-109)

- копия заявления ФИО20 М.В. об отмене заочного решения Реутовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому договор купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ, якобы заключенный между ним и частной компанией с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД», не заключал, ценные бумаги-паи закрытого паевого инвестиционного рентного фонда «Земли Подмосковья» в количестве 1 774 штук по цене 101 600 рублей за штуку у частной компанией с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД» не приобретал, подпись в договоре выполнена не им, договор сфальсифицирован. (т.1, л.д. 91-92)

- заключение эксперта, согласно которому подпись в договоре купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ, заключенном между ФИО20 М.В. и Киселевым В.Ю., выполнена не самим ФИО20 М.В., а другим лицом с подражанием подписи ФИО20 М.В. (т.2, л.д.19-31)

- документы, подтверждающие факт владения ФИО22 А.В. частной компанией с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД» (т. 2, л.д. 39-110) :

т.2, л.д.39-44 - бизнес-справка на бланке Делового центра «Динека», из которой следует, что ФИО2 по состоянию не ранее, чем ДД.ММ.ГГГГ, владеет 1000 акций, из 1000 выпущенных Сентела ФИО21 ЛТД. ФИО2 по состоянию не ранее, чем на ДД.ММ.ГГГГ, является директором компании-эмитента. Аффилированными лицами Сентела ФИО21 ЛТД в справке указаны: ООО «УК «ФИО3», ОАО «Комбинат «Мосинжбетон», АО «Стеклонит», АО «Газпром газораспределение Белгород», АО «Кондитерская фабрика «Ударница», АО «Электромонтаж-55»,

т.2, л.д.45-46 - копии свидетельств о государственной регистрации и постановке на учет в РФ иностранной компании Сентела ФИО21 Лимитед.

т.2, л.д.47-51 - копии правоустанавливающих документов от ДД.ММ.ГГГГ о передаче ФИО22 А. права на 500 акций Сентела ФИО21 ЛТД от ФИО56

т.2, л.д.52-57 - копии правоподтверждающих документов от ДД.ММ.ГГГГ о том, что 500 акций Сентела ФИО21 ЛТД из 1000 выпущенных принадлежат KPM Consulting Limited.

т.2, л.д.58-63 - копии правоподтверждающих документов от ДД.ММ.ГГГГ о том, что 500 акций Сентела ФИО21 ЛТД из 1000 выпущенных принадлежат KPM Invest Limited.

т.2, л.д. 64-65 - справка о компании ООО «УК «ФИО3» и ее руководителе – Киселеве В.Ю., с раскрытием афиллированности Киселева В.Ю.

т.2, л.д.66-69 - копия трастового соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым ФИО22 А. назначает KPM Consulting Limited номинальным инвестором в отношении принадлежащих ФИО22 А. 500 акций Сентела ФИО21 ЛТД.

т.2, л.д.70-73 - копия трастового соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым ФИО22 А. назначает KPM Invest Limited номинальным инвестором в отношении принадлежащих ФИО22 А. 500 акций Сентела ФИО21 ЛТД.

т.2, л.д.74-75 - копия актов передачи акций во исполнение трастовых соглашений, указанных на стр. 66-73.

т.2, л.д.76-77 - копия одностороннего обязательства от ДД.ММ.ГГГГ KPM Invest Limited, выступающего от имени Сентела ФИО21 ЛТД, перед директором этой компании, об освобождении от ответственности за принятые им решения и совершенные от имени компании сделки.

т.2, л.д.78-88 -копия доверенности от ДД.ММ.ГГГГ от имени Сентела ФИО21 ЛТД на ФИО22 ФИО19 на право действовать от имени Сентела ФИО21 ЛТД. По объему полномочий доверенность является генеральной.

т.2, л.д.89-92 - копия договора банковского счета, подписанного ДД.ММ.ГГГГ от имени Сентела ФИО21 ЛТД ФИО22 А.

т.2, л.д.93-109 копия договора о расчетном обслуживании, подписанного ДД.ММ.ГГГГ от имени Сентела ФИО21 ЛТД ФИО22 А.

т.2, л.д.110 - копия акта о начале использования системы дистанционного банковского обслуживания, подписанного ДД.ММ.ГГГГ от имени Сентела ФИО21 ЛТД ФИО22 А., как начальником финансового департамента.

    - копии материалов уголовного дела Пресненского районного суда <адрес> (№) по обвинению Киселева В.Ю., осужденного ДД.ММ.ГГГГ по ч. 4 ст. 160 УК РФ. (т. 2, л.д. 157-205)

- ответ конкурсного управляющего ООО «ИК «ФИО3» (ООО «ИК «ТКС»), согласно которому в программе 1С Депозитарий депозитария ООО «ТКС» сведений о переводе 1774 паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» со счета Centela Trade LTD («СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД») на счет ФИО20 М.В. не имеется. Депозитарное поручение от Centela Trade LTD о списании 1774 паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» со счета-ФИО58 компании Centela Trade LTD отсутствует. Депозитарное поручение на зачисление 1774 паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» на счет-ФИО15 М.В. отсутствует. Договора купли-продажи 1774 паев между Centela Trade LTD и ФИО20 М.В. не имеется. Каких-либо документов о приобретении 1774 паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» ФИО20 М.В. за период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время не имеется. (т.2, л.д.155)

- показания потерпевшего ФИО20 М.В. в судебном заседании, согласно которым подсудимого знает более 10 лет, в настоящее время отношения неприязненные, но это не влияет на дачу им правдивых показаний. Он и Киселев являются соучредителями ТКС ФИО3 в равных долях по 50%. У Киселева было право подписи и бухгалтерия. О решении Реутовского городского суда ФИО20 узнал от своего адвоката осенью 2015 года. С ее слов, это было заочное решение суда на очень большую сумму. ФИО20 лично пришел в суд, получил это решение и написал заявление об его отмене. Суд провел почерковедческую экспертизу, ФИО20 давал образцы почерка, решение было отменено на новое рассмотрение. Никаких земельных паев ФИО20 у офшора не получал, договор купли-продажи не подписывал. Это был иск УК ФИО3, в дальнейшем в иске Киселеву было отказано. Инвестиционный фонд «Земли Подмосковья» он не помнит, земельные паи покупал у Свидетель №2, который занимался землей. Договор купли-продажи паев с Киселевым находится в уголовном деле в копии, оригинал не был предоставлен. Сумма 180 млн.руб. является для Киселева очень значительной. Судебные приставы его по этому поводу не вызывали. Данным преступлением реальный имущественный вред ему причинен не был, кроме моральных потрясений. Паи ФИО20 получал у Свидетель №2. Подписывал все сам. Кто был руководителем УК ФИО3 после отмены заочного решения ДД.ММ.ГГГГ, он не знает. С ФИО5 и ФИО7 знаком по работе в «ИК «ФИО3», где ФИО20 был соучредителем, а Киселев- гендиректором. ФИО5 был специалистом по ценным бумагам, до какой даты он работал- не помнит. С ФИО7, который занимался землей, ФИО20 был знаком еще до покупки паев ДД.ММ.ГГГГ. Договор между ФИО20 и ФИО7 действительно был заключен, подробностей не помнит, дату не оспаривает. Были ли при данной сделке другие документа, ФИО20 не помнит. Были ли переговоры с ФИО7 перед этой сделкой, он не помнит. Договор готовили юристы. На подписание договор принес Свидетель №2. Денежные средства Свидетель №2 в размере 180 млн.руб. ФИО20 оплатил полностью, не помнит, как именно и когда. Когда произошла оплата, какое количество векселей было- не помнит. После подписания договора с ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ не помнит, сколько экземпляров было, брал ли он себе, что делал дальше, - не помнит, т.к. давно все было. Где сейчас оригинал договора- не знает. Копию этого договора в материалы дела представил не он. Не может объяснить, почему на протяжении всего предварительного следствия он не говорил, что заключал договор с ФИО7, а вспомнил только на дополнительном допросе в октябре 2018г. Копию договора с ФИО7 в суд при отмене заочного решения не предоставил, т.к. просто растерялся. Паи приобрел для увеличения уставного капитала «ФИО3». Был ли увеличен уставный капитал, не помнит. ФИО20 больше был номинальным лицом, а Киселев был фактическим собственником ТКС. У ФИО20 не было права подписи, он больше занимался хозяйственными делами. Не помнит, как называлась его должность. Не знает, что уставный капитал увеличен паями, а не деньгами.

- показания свидетеля ФИО34 в судебном заседании, согласно которым работает следователем СО по <адрес> ГСУ СК по МО. Осенью 2016 или 2017 года он проводил проверку по заявлению ФИО20 по факту представления в суд заведомо подложного документа. Это был какой-то договор между ФИО20 и Киселевым, названия сейчас не вспомнит. Обратился ФИО20, ему пришло уведомление от судебных приставов, что есть исполнительный лист. Фактически ФИО20 жил в другом месте, поэтому он не знал о том, что существует исполнительный лист, и что вообще суд проводился. ФИО20 обнаружил, что в представленном стороной по делу договоре подписи выполнены не им, и он данный договор не подписывал. Договор представила в суд представитель Киселева- адвокат ФИО61, с которой Волченков говорил по телефону; она сослалась на закон об адвокатской деятельности, сказала, что ей доверитель дал, тем она и оперировала. Уголовное дело было возбуждено по факту предоставления заведомо подложных документов в суд, затем постановление было отменено, материалы переданы в полицию, возбуждено по ч.4 ст.159 УК РФ.

- показания свидетеля ФИО5 К.А. в судебном заседании, согласно которым подсудимого и потерпевшего знает, отношения нормальные, неприязни нет. В ООО ИК ТКС он работал с 2007 по 2014 годы в основном начальником отдела брокерских операций, с ДД.ММ.ГГГГ по май 2015г. не работал, затем его нанял и.о. директора ФИО20 с ноября 2015 по май-июнь 2018. Первоначально учредителями были Киселев, ФИО20, Гольдберг и Кудаков, в 2014г. остались Киселев и ФИО20, у каждого по 50%. Киселев был гендиректором, а ФИО20-директором по развитию. Киселев был гл.бухгалтером, всем руководил, занимался подписанием договоров, перечислением денежных средств. ФИО20 занимался вопросами безопасности, взаимодействием с госорганами. ФИО5 был свидетелем по уголовному делу Киселева в 2015г., Киселев признал свою вину в хищении ценных бумаг и документов ТКС у клиентов ТКС. На очной ставке Киселев подтвердил, что он полностью контролирует фирму «Синтелла» на Кипре, директором и учредителем которой с 2013г. является А.ФИО22, брат жены Киселева. Киселев выводил туда деньги клиентов ТКС. Всех сотрудников ТКС уволили, присудили компенсацию, он был включен в реестр кредиторов 2 очереди. ФИО20 просил проконсультировать его по решению Реутовского суда 2016г. о взыскании с него денежных средств. «Синтелла» передала УК ТКС право требования к ФИО20, якобы он не заплатил «Синтелле» деньги, потом это решение было отменено, т.к. ФИО20 такой договор не подписывал, оригинал договора купли-продажи паев так и не появился в суде. Сягаева знает, как начальника депозитария ТКС, он занимался зачислением, списанием ценных бумаг ТКС. Свидетель №2 не знает. ФИО5 привлекали, как специалиста по ценным бумагам, как представителя ТКС в арбитражных судах до ноября 2017г. Трудовой договор с ним заключал ФИО20. Брокерскими операциями ФИО5 занимался до ДД.ММ.ГГГГ. В настоящее время с ФИО20 не взаимодействует, рабочих отношений нет. Допускает, что мог сказать на очной ставке с Киселевым, что он (ФИО5) является человеком ФИО20. Когда арестовали Киселева, с ним сбежали все сотрудники, знавшие о его хищениях. Всех оставшихся ФИО5 считает людьми ФИО20.

- показаниями свидетеля Свидетель №2 в судебном заседании, согласно которым с Киселевым и ФИО20 находится в нормальных отношениях, неприязни не испытывает. На ДД.ММ.ГГГГ его с ФИО20 связывал договор, он продал ФИО20 земельные паи. Это не земли, это были ценные бумаги ПИФа «Земли Подмосковья» на сумму 177 миллионов 400 тысяч. Условия договора были выполнены в полном объеме с обеих сторон, в установленный срок, претензий не осталось.

С ФИО5 и ФИО20 был не знаком ранее, в компанию ООО «ИК «ФИО3» » устроился в 2007 году, работал до августа 2008г., когда случился кризис, всех вывели за штат. В 2015 году ФИО20 опять обратился к нему, пригласил поработать, работал по договору по 2017 год. На тот момент, когда действие компании было приостановлено, людей не осталось никого, т.е. ни офиса, ничего не было. ФИО20 предложил хорошую зарплату, но предупредил сразу, что выплат сразу не будет, т.е. ежемесячно он не будет получать. Работа не высококвалифицированная, он согласился, в 2018 году деньги были ему возвращены конкурсным управляющим, уже не ФИО20. С ФИО20 был письменный договор, что он не сразу это получит. На тот момент счета в компании были заблокированы, поэтому никого из работников не осталось. У него не было ни офиса, ничего, он работал в удалённом доступе из дома, делал фотографии по судам, по документам, принимал корреспонденцию, обрабатывал, отправлял. В 2012 году к нему обратился ФИО20, который знал, что Свидетель №2 занимался землей. ФИО20 сказал, что ему нужно было определенное количество паев. ДД.ММ.ГГГГг. они встретились в Депозитарии ООО «ИК «ФИО3» на Новом Арбате, там у ФИО20 был кабинет, там же подписали документацию, договор готовил сам Свидетель №2. На основании договора были поданы документы в Депозитарий, для того чтобы перевести все акции со счета Свидетель №2 на счет ФИО20. Денежные средства Свидетель №2 получил от ФИО20 позже, примерно через день. Кто готовил передаточные депозитарные распоряжения, он не знает, это был комплект со стороны уже ФИО20, у Свидетель №2 был договор. Свидетель №2 подписал документы, переданные ему ФИО20, количество не помнит. Паи, на самом деле, были не все его (Свидетель №2), а только меньшая часть, был человек, который занимался преобразованием, т.е. деньги Свидетель №2 получил от ФИО20 часть, часть была векселями. На тот момент занимался не он один покупкой этих земельных участков, которые потом преобразовывались в паи. Там было достаточно много людей, это <адрес>, и когда появилось предложение от ФИО20, что ему нужно определенное количество паев, Свидетель №2 озвучил, что есть интерес и можно на этом что-то заработать, естественно нашлись люди, которые ему помогли количеством. Кому сколько паев принадлежало, он не помнит, он (Свидетель №2) приобрел эти паи практически в день сделки. Паи были условно его (Свидетель №2), но на самом деле они были на счету другого человека, его была условно договоренная часть. 1774 пая были на счете другого человека, фамилию не помнит, где найти- не знает. Был второй договор, по которому Свидетель №2 получал эти ценные бумаги на свой лицевой счет, т.к. ФИО20 был его клиентом, обратился к нему. ДД.ММ.ГГГГ было 2 договора и 2 перевода-с неизвестного человека на Свидетель №2 и с Свидетель №2 на ФИО20. Первый договор был устный, документов по нему в депозитарий Свидетель №2 не предоставлял. Свидетель №2 осталась разница в деньгах между сделками- около 1 млн.руб. Расчет по сделке получил часть деньгами, часть векселями, размер не помнит, чьи были векселя- не помнит, обстоятельства передачи денег и векселей не помнит. Обстоятельства передачи денег от ФИО20 не помнит. Подтверждающих документов не имеет. Договор от ДД.ММ.ГГГГ между ним и ФИО20 он предоставлял по требованию следствия в ноябре 2018г., не помнит в копии или подлиннике, скорее всего в копии. С продавцом паев Свидетель №2 рассчитался полученными от ФИО20 денежными средствами и векселями. Генеральным директором ООО «ИК «ФИО3» был Киселев, ФИО20 был управляющим. Всю документацию подписывал Киселев. Не может подтвердить, как и каким документом ФИО20 исполнил свои обязательства перед ним. На момент заключения договора с ФИО20 все паи были на счете Свидетель №2 в депозитарии ФИО20. Договор Свидетель №2 и ФИО20 подписывали, как физические лица. То физическое лицо, с которым Свидетель №2 первоначально заключил договор купли-продажи, не имело отношения к ООО «ИК «ФИО3». Предмет сделки- те самые паи- находились в депозитарии ООО «ИК «ФИО3».

       Подсудимый Киселев В Ю. свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, не признал, пояснил, что в свое время компанией ООО «Управляющая компания «ФИО3» были скуплены паи в подмосковном колхозе и переоформлены в земельные участки, существовало порядка 50 свидетельств о собственности на земельные участки. Общий объем земли составлял около 2 000 га. В 2012 году у него (Киселева) возникла идея создания паевого инвестиционного фонда, которую он обсудил с ФИО20 М.В. Идея заключалась в том, что они хотели внести в этот фонд земельные участки, и у них появлялся производный финансовый инструмент – паи с высокой оценочной стоимостью, поскольку был огромный объем земли. Храня подобные объемы активов в собственном депозитарии, оценочная стоимость которых была порядка 8 миллиардов рублей, они существенно повышали имидж компании на финансовом рынке, что создавало благоприятные условия для дальнейшего развития бизнеса. Речь идет о компании «ФИО3». Хранить в депозитарии «ФИО3» такой большой объем активов было денежно очень выгодно. Изначально они устно обсудили, но в процессе увеличения есть необходимость соблюдения всех требований, у них было решение учредителей компании об увеличении капитала, где отражались параметры увеличения капитала и решение о том, что они увеличивают капитал паями паевого фонда, все было прописано.

В компании ООО «ИК «ТКС» они с ФИО20 были по 50 процентов собственниками компании, а по штатному расписанию ФИО20 занимал должность директора по развитию, Киселев был генеральным директором, занимался операционной деятельностью компании профучастника, стратегическим развитием этой компании. В обязанности ФИО20 больше входил широкий профиль бизнес-процессов, были сельхозпредприятия, еще ряд непрофильных активов, а также он занимался вопросами безопасности компании, т.е. все вопросы касательно взаимодействия с правоохранительными органами были в его компетенции.

К августу 2012 года формирование паевого фонда было завершено, единственным учредителем фонда была компания-нерезидент. Никаких других пайщиков у данного фонда не было. В дальнейшем в процессе деятельности компании «ФИО3» Киселев предложил ФИО20 М.В. увеличить уставной капитал компании со 140 миллионов рублей до 500 миллионов рублей, надо было каждому внести по 180 миллионов рублей в уставной капитал. Так как денежных средств в таком количестве у них в наличии не было, но была подконтрольная компания, владеющая паями на достаточную сумму для увеличения капитала, они решили заключить с данной компанией «Центела» договора купли-продажи с отсрочками платежа, получить по данным договорам данные ценные бумаги - паи инвестиционного паевого фонда «Земли Подмосковья» и дальше внести их в уставной капитал компании «ТКС».

Ануфриев Сергей по их поручению подготовил все необходимые документы, как связанные с подачей в налоговую на увеличение капитала, так и связанные с созданием предпосылок для регистрации бумаг, а именно он сделал соответствующие договора купли-продажи, и ДД.ММ.ГГГГ по адресу местонахождения офиса компании на Новом Арбате в кабинете ФИО20 М.В. они подписали данные договора: договора купли-продажи паев «Земли Подмосковья» между компанией «Центела», тогда в лице «ФИО3», и Киселевым Вадимом Юрьевичем на 1774 пая, и между компанией «Центела» в лице «ФИО3» и Потерпевший №1 в размере 1774 пая. Соответственно, компания «Центела» после подписания договора стала должна поставить количество ценных бумаг, указанных в договоре, а Киселев Вадим Юрьевич и Потерпевший №1 со своих сторон стали должны оплатить сумму, указанную в договоре в размере 180 миллионов рублей каждый. По условиям договора предполагалась отсрочка на оплату данной суммы до ДД.ММ.ГГГГ. После того, как они подписали договора, они вызвали сотрудника депозитария, чтобы на основании этих договоров начали подготовку документов, необходимых для перерегистрации ценных бумаг. Соответственно, документы на подготовку они передали Сягаеву Георгию, в дальнейшем в течение дня он подготовил необходимые передаточные распоряжения для каждой из сторон. Всего передаточных распоряжений было 8: 2 передаточных распоряжения на списание ценных бумаг со счета «Центелы», два передаточных распоряжения на зачисление ценных бумаг – одна на счет Киселева Вадима Юрьевича, второе – на счет Потерпевший №1, дальше 2 передаточных распоряжения на списание ценных бумаг со счета Киселева В.Ю. и ФИО20 М.В. для перерегистрации на счет компании ООО «ИК «ФИО3». И 2 поручения на зачисление ценных бумаг на счет компании ООО «ИК «ФИО3». После подписания данных документов и осуществления перерегистрации данных ценных бумаг, потому что именно в этот момент произошел переход права собственности, Киселев с комплектом документов, необходимых для увеличения капитала, подошел к юристу Ануфриеву Сергею, он проверил комплектность, подтвердил, что все документы в полном объеме готовы к подаче в налоговую, после чего Киселев поехал в налоговую подавать документы на увеличение уставного капитала. Увеличение уставного капитала было зарегистрировано, подтверждено, и компания стала работать, имея капитал 500 миллионов рублей.

В бэк-офисе нет подтверждения по проводке ФИО20. Такая ситуация могла быть по той причине, что на декабрь 2012 года у Киселева с ООО «ИК «ФИО3» был заключен договор как депозитарного обслуживания, так и брокерского обслуживания. Поэтому операции, которые проходили по счёту Киселева, находили отражение и в базе бэк-офиса, который относится к брокерскому обслуживанию. У ФИО20 М.В. на декабрь 2012 года был заключен только депозитарный договор, поэтому в базе бэк-офиса он не мог значиться, поэтому операции не могли там отразиться. Соответственно, в депозитарии в рамках депозитарного договора, как и в бухгалтерии, так как начисляли соответствующие комиссии за депозитарное обслуживание, данные проводки отразились и подтвердились, а в бэк-офисе их просто не могло быть. Депозитарная, бэк-офисная и бухгалтерская базы хранилась на серверах, копия этой базы на последний актуальный период была у него, как исполнительного органа, который обязан иметь копию.

В дальнейшем ни Киселев, ни ФИО20 М.В. данные ценные бумаги не оплатили, и перед «Центелой» в лице ООО «ИК «ФИО3» оставались невыполненные обязательства. В 2014 году была произведена переуступка прав требования по данным невыполненным обязательствам от «Центелы» компании УК «ФИО3». Дальше, в ноябре 2014 года Киселев познакомился с адвокатом ФИО10, задал ей ряд вопросов, каким образом с учетом данных фактических обстоятельств и можно ли истребовать оплату данных неоплаченных денежных средств с ФИО20 М.В. Она, выслушав обстоятельства событий, сказала, что с учетом всех обстоятельств, в соответствии с ГК РФ, есть все основания для данного истребования.

Киселев с ней обсудил также в контексте других компаний возможность подачи иска на возврат денежных средств, перечисленных на банковские счета ФИО20 и невозвращенных им по договорам займа. Так, на банковские счета ФИО20 было перечислено со стороны компаний, принадлежавших на тот момент «Элеоноре» около 40 миллионов рублей, и данные средства не были возвращены. Соответственно, были действующие договора займа. В начале декабря 2014г. он встретился с ФИО10, передал ей доверенность от УК «ФИО3», заключил с ней соглашение на представление интересов УК «ФИО3» и еще раз детально обсудил возможность подачи данных исков. Но отмашку на данные действия не давал. В свою очередь, ФИО10 сказала, что ей необходимы будут документы для подачи иска. У Киселева на тот момент не было возможности попасть в офис компании ООО «ИК «ФИО3», где хранились все документы, поскольку его доступ был принудительно ограничен ФИО20 М.В. Поэтому с ФИО10 этот вопрос они временно отложили. ДД.ММ.ГГГГ Киселев был арестован и в процессе расследования уголовного дела №содержался в СИЗО № по <адрес>. В процессе общения с адвокатами он узнал, что ФИО20 М.В. осуществляются действия по выводу активов из ФИО24 «ФИО3». Киселев попросил адвоката связаться с его супругой, которую он попросил связаться с ФИО10, чтобы та истребовала документы, подготовила соответствующие 2 иска и подала их в суд в отношении ФИО20 М.В. Один из них – это невыплата 180 миллионов по договору купли-продажи ценных бумаг. И второй иск – о взыскании не возвращенных 40 млн. руб. в рамках договора займа.

Это была идея Киселева, поскольку ФИО20 стал продавать и реализовывать активы, принадлежащие компании, но находившиеся на подконтрольных ему структурах. Киселев понимал, что сейчас задача компенсировать ущерб, он видел, что человек просто за периметр компании выводит активы. Он таким образом пытался этому помешать, уже находясь под арестом. Узнав объем активов, которые были выведены, порядка 600 миллионов были реализованы за наличные 30, понимал, что творится страшное, что потом этот актив не вернуть никак и не рассчитаться с потерпевшими, начал юридически противодействовать. А юридически у него к ФИО20 были 2 обязательства, это неоплаченные ценные бумаги и невозвращенные 40 миллионов, которые были выведены на его счета. Адвокат ФИО10 документы для подачи искового заявления о взыскании с ФИО20 180 миллионов, насколько ему известно, взяла по месту их хранения в юридическом отделе в компании ООО «ИК «ТКС», т.е. она связывалась и ей предоставили там документы. Лично Киселев ей эти документы не передавал, поскольку физически не мог это сделать. На момент, когда она готовила иск, он находился в СИЗО, а до этого у него был ограниченный доступ к компании.

В дальнейшем ФИО10 стала его адвокатом в уголовном процессе, и в июле 2015 года, когда она первый раз пришла к нему в СИЗО №, она показала копии с отметкой суда о принятии данных исков в производство. Примерно в декабре 2015 года ФИО10 в СИЗО № сообщила ему, что иск по взысканию 180 миллионов по оплате ценных бумаг был судом удовлетворен, и она получила исполнительный лист на руки. Сам лист он не видел, в руках не держал. На тот момент он находился в СИЗО. Официально он перестал быть исполнительным органом в марте 2016 года, когда приговор вступил в законную силу. Но ФИО20 незаконно сделал себя исполнительным органом осенью 2015 года, хотя у него на это не было полномочий, они не проводили собрание учредителей, посвященное данному вопросу, Киселев не одобрял его кандидатуру. Но ФИО20 совершал действия в качестве генерального директора. В том числе взял на работу к себе ФИО5 Свидетель №2 и ФИО5.

На тот момент никаких полномочий у него (Киселева) на получение исполнительного документа повторно не было. Полномочия получить повторно имеет исполнительный орган, которым он не являлся. Лично он (Киселев) с исполнительным листом к судебным приставам о взыскании с ФИО20 180 миллионов не обращался.

С учетом имеющейся у Киселева на тот момент информации, полученной от других адвокатов, ему угрожали, и он боялся за свою личную безопасность и безопасность семьи, он сказал адвокату ФИО61 больше никаких действий по данному иску не предпринимать, исполнительное производство не возбуждать, прекратить все действия, направленные на взыскание денежных средств по данному договору, попросил адвоката хранить документы у себя, поскольку ему было у себя их хранить гораздо сложнее. После освобождения в мае 2017 года Киселев в достаточно короткий срок встретился с ФИО35, и она передала ему документы, которые имели отношение к данному гражданскому производству. Не собираясь предпринимать какие-либо действия по данному вопросу, он после получения данных документов их выбросил. То обстоятельство, что там находился исполнительный лист, ему известно только со слов ФИО61. О возбуждении уголовного дела, следственных действиях он впервые узнал в момент задержания ДД.ММ.ГГГГ.

Обстоятельства по отмене заочного решения суда и вынесению очного решения ему неизвестны.

В случае, если решение осталось бы в силе, эти 180 миллионов, которые могли быть взысканы с ФИО20, получила бы УК «ФИО3», которой Центела переуступила право требования, т.е. он (Киселев) их бы не получил.

Нигде не было сказано, что ФИО20 не был согласен с приобретением данных паев. Другие обстоятельства подтверждают, что он был согласен, - он принял эти бумаги, а в дальнейшем внес их в уставный капитал компании. Если бы он не был согласен на приобретение данных бумаг, то как-то странно, что в дальнейшем он ими распоряжается и увеличивает уставный капитал. А также в дальнейшем, когда компания уходит в процедуру банкротства, ФИО20 в качестве истца пытается включиться в банкротство Киселева и требует вернуть ему стоимость его доли, значит, он осознает ее ценность, и понимает, что когда он увеличил капитал до 250 миллионов рублей, его доля стоила 250 миллионов рублей. Поэтому, когда ФИО20 говорит, что что-то могло якобы быть без его согласия, это противоречит и здравому смыслу, и его же собственным словам и действиям в различных процессах.

В настоящее время никак не относится к ФИО20, сначала они вместе работали, зарабатывали деньги, у них были в тот момент хорошие, теплые отношения. Потом случился этот конфликт, были неприязненные отношения. Наверное, каждый винит другую сторону. Потом все как-бы перегорело, эту историю хочется оставить в прошлом. У него сейчас нет никаких отношений, к текущей ситуации он относится просто – надо ее пережить. Неприязни к ФИО20 не испытывает. В настоящий момент он решил все это отпустить и ничего не взыскивать, претензий к ФИО20 по взысканию денежных средств не имеет.

Единственным подтверждением перехода права собственности на паи в соответствии со всеми законами, ГК РФ и законом «О Рынке ценных бумаг» является выписка по счету ФИО58, а точнее запись по счету. В материалах уголовного дела и в материалах гражданского дела есть отчет, согласно которому ИК «ТКС» перевело ФИО20 1774 пая, он был подписан им (Киселевым), поскольку только он и мог его подписать, потому что никакой другой штатный сотрудник компании не обладает на это полномочиями. Киселев подписывал, как генеральный директор компании ООО «ИК «ТКС», которая осуществляет в том числе лицензионную депозитарную деятельность и обязана подавать данные отчеты. Подписывать данный отчет по закону может либо генеральный директор, либо руководитель депозитария, в разных компаниях разная бизнес-практика, в их компании данные отчеты подписывал Киселев, как генеральный директор.

ФИО5 много лет является сотрудником компании ООО «ИК «ТКС», с 2006 или 2007года. В свое время он работал аналитиком в компании, в дальнейшем несколько лет до прекращения деятельности компании он работал руководителем отдела брокерских операций, в рамках данной деятельности он осуществлял сделки купли-продажи, компания занималась скупкой бумаг, и он реализовывал данные бумаги на организованном рынке. В дальнейшем был некий перерыв в трудовом стаже с конца 2014 года, с осени 2015 года он снова стал сотрудником компании «ИК «ФИО3» и работал официально по документам до 2017 года. Фактически до сих пор посещает арбитражные и гражданские процессы, связанные с деятельностью «ТКС».

Свидетель №2 работал в компании ООО «ИК «ТКС» в качестве скупщика. В отделе по скупке работают люди, осуществляющие покупку ценных бумаг, либо других активов, например, паев земельных у колхозников, которым в начале 90-х годов были розданы паи, дающие право на долю в собственности земли. Свидетель №2 официально не был оформлен до 2014 года, но находился в отделе скупки. Осенью 2015 года Свидетель №2 был официально оформлен в компанию «ФИО3». Потом по документам он был уволен в 2017-м, или в 2018-м году, но, например, в апреле 2019 года он продолжал от имени компании «ТКС» получать почтовую корреспонденцию для компании в рамках гражданских процессов.

Свидетель №2 утверждает, что паи «Земли Подмосковья» в количестве 1774 он продал ФИО20. Данной сделки на самом деле не было и не могло быть по ряду причин. Первая причина –для того, чтобы даже в теории он мог продать какие-то ценные бумаги, он должен был их где-то купить. А так как единственным учредителем фонда была компания-нерезидент, Киселев полностью контролировал оборот данных бумаг, то это невозможно просто в силу фактических обстоятельств. В другом месте их купить было невозможно, потому что они хранились только в одном месте. Они лежали только в компании, которая принадлежит Киселеву. Второй момент –с точки зрения здравого смысла сотрудник компании со стандартной зарплатой не мог приобрести имущество на 180 миллионов рублей, это абсурд. Даже Киселев и ФИО20, которые были собственниками бизнеса, не могли себе позволить рассчитаться за данные ценные бумаги. Эту их версию нечем подтверждать. Это голословное утверждение.

В т.1 на л.д. 100-101 имеется копия договора купли-продажи ценных бумаг ДД.ММ.ГГГГ, но это точно не тот договор, который заключался между ними. Первый признак, что у них заключался договор, где ООО «ИК «ТКС» действовало на основании присоединения «Центелы» к регламенту, а в этом договоре указано, что «ТКС» действует на основании доверенности, что не соответствует действительности. И второй момент – здесь указано, что доверенность создана ДД.ММ.ГГГГ. А договор заключен ДД.ММ.ГГГГ, то есть по смыслу просто он абсурдный. Подпись от имени Киселева в этом документе выполнена с подражанием его подписи, он этот документ не подписывал. Находясь в СИЗО, он не видел комплектность исковых документов для подачи, а если бы увидел данный договор, который подписан не им, составлен неизвестно кем, он бы сказал адвокату подавать исковое требование без данного договора, поскольку отсутствие данного договора никоим образом не мешает взыскать денежные средства, невыплаченные после перерегистрации имущества.

Есть массив разных документов, они связаны между собой, документ «поручение», документ «операция с ценными бумагами». Начинают проводить новую операцию в базе депозитария, все начинается с поручения. Когда забили данные поручения, нажимаем кнопку “Ок”, или “Записать”, соответственно, программа зафиксировала в журнале наличие документа поручения. После этого сотрудник депозитария, чтобы провести операцию на основании поручения, заходит в документ “Операции с ценными бумагами”. Вводит туда тоже данные, ну, часть данных уже попадает из поручения, часть, может быть, он еще заполняет, форма автозаполнения. Снова нажимает “Записать”, и после этого уже в системе депозитарного учета проводит операцию. И подтверждение перевода бумаг в системе идет именно из операции с ценными бумагами. Но к каждой операции продолжается быть прикручен документ «поручение», который ее всю жизнь и преследует, потому что операция без поручений невозможна. Рассматриваем четыре разных проводки ценных бумаг. По всем четырем проводкам в журнале поручений 16-ть строк, в одно и то же время. Это значит, что вот эти четыре проводки по смыслу между собой абсолютно связаны. То есть, люди в разный календарный период заходили в эти проводки. ФИО2. Спорный момент идет между Centela и ФИО20, там есть еще и Centela Киселев. А дальше есть ФИО20 – ФИО3, Киселев – ФИО3. У нас четыре проводки. Спорная сейчас по сути одна. Потому что все остальные ни у кого вопросов не вызывают. В журнале поручений не только по проводке Centela - ФИО20, 16-ть зафиксированных заходов, а по всем операциям. По всем четырем. Тем более, например, операция по увеличению капитала, с Киселева и с ФИО20 на ФИО3, она даже зафиксирована внешним спецдепозитарием. 7-го декабря он провел эту операцию, она вопросов ни у кого не вызывает.

Периодически в эти документы заходил сотрудник. Соответственно, в рамках 1С Депозитарий он мог нажать кнопку “Ок”, кнопку “Записать” и кнопку “Закрыть”. У них в Депозитарии никогда не было регламентировано, как именно стоит пользоваться программой, каждый пользователь мог выходить как хочет, потому что вопрос касательно этого Журнала они впервые в жизни сейчас обсуждают, это никогда никого не интересовало и не было нужно. Поэтому это никак не регламентировано. Если сотрудник нажал кнопку “Ок”, то в журнале будет отражено, как «изменение». Даже если ничего не меняли, или там что-то поменяли. Если нажал кнопку “Записать”, будет отражено, как «проведение». Если “Закрыть”, то никак не будет. Но зачем заходили? Заходили в декабре, понятно, проводили, заходили в марте, заходили еще когда-то, и Киселев сопоставил: в 13-м году делали аудит компании, соответственно, аудитору информация об увеличении капитала была принципиально важна. Соответственно, сотрудникам нужно зайти, сформировать отчет об этой операции, чтобы отдать проверяющему органу. Соответственно, он заходит, в зависимости от того, как он вышел, у него остался здесь такой след.

Если бы операция удалялась или поручение удалялось, то в этом журнале по поручению «вылезает» другой статус – «пометка на удаление». Видно было бы, если бы удаляли операцию или поручение, потому что остается статус – «Пометка на удаление».

На декабрь 2012-го года и до момента, когда он в рамках лишения компании лицензии был лишен аттестатов, то есть с 2007-го года Киселев обладал аттестатом ЦБ России 1.0 на ведение брокерской и дилерской деятельности. Аттестатом 4.0 на ведение депозитарной деятельности. И аттестатом 5.0 на ведение деятельности по доверительному управлению.

В экспертном заключении в первой части по вопросу № в базе бэк-офиса отражены операции: у клиента Киселева В.Ю. в декабре 2012-го года операции по зачислению и списанию паев закрытого ПИФа “Земли Подмосковья” в количестве 1774. У клиента Centela Trade Ltd имеется отражение двух операций по списанию паев закрытого ПИФа “Земли Подмосковья” в количестве 1774. А у клиента ФИО20 М.В. не найдены операции с данными ценными бумагами в базе бэк-офиса. В Депозитарии видим, есть, согласно экспертному заключению, а в Бэк-офисе нет. Такое возможно, поскольку по смысловой нагрузке это абсолютно разные базы. База 1С Депозитарий ведет учет операций клиентов, у которых заключен депозитарный договор с компанией. База 1С Бэк-офис не ведет депозитарный учет, она ведет, с точки зрения деятельности компании дилерский, брокерский учет, и учет по доверительному правлению. Соответственно, у Киселева В.Ю. и у компании Centela Trade Ltd с компанией ООО «ИК «ФИО3» был заключен договор на брокерское обслуживание. И у них же был заключен договор на депозитарное обслуживание. У ФИО20 М.В. на момент проведения данных операций был заключен только депозитарный договор, а брокерского договора заключено не было. Поэтому в базе 1С Бэк-офис данные по ФИО20 М.В. никак не отражены, потому что у него просто не было брокерского договора. А данные по Centela и по Киселеву Вадиму Юрьевичу отражены, поскольку в связи с действующим брокерским договором в системе бэк-офиса даже просто депозитарные операции имеют свое отражение. Это объяснение, почему там его нет и быть не может. А Киселев и Centela в программе бэк-офиса присутствуют. C точки зрения законодательства депозитарной деятельности и рынка ценных бумаг, единственным вообще подтверждением проведения операции является запись операции именно в базе депозитария. Это с точки зрения закона является подтверждением. Поэтому запись в бэк-офисе подтверждением операции без депозитарной записи не является, потому что в любом случае депозитарная запись должна где-то быть. Запись депозитарная абсолютно достаточна, запись бэк-офиса сама по себе не достаточна, но в случае Киселева В.Ю. и Centela это просто логическое отражение этой операции. Потому что по правилам учета она должна быть отражена в бэк-офисе. То есть, если есть и брокерский договор, и депозитарный, а сделали просто депозитарную операцию, не связанную с брокерским договором, то все равно по правилам учета она находит свое отражение. Это нужно, чтобы просто сходились балансы, то есть, ежемесячно идут сверки по депозитарию, по бухгалтерии, по бэк-офису. Там ведутся операции, в бэк-офисе ведутся операции, в бухгалтерии, и они по каким-то определенным, ключевым, контрольным критериям должны совпадать. Поэтому бэк-офис и отражает все операции по депозитарию, чтобы в каких-то дальнейших сверках не возникало расхождений.

Наличие брокерского договора и записи в бэк-офисе при проведении депозитарной операции абсолютно не обязательно. Если человек хочет просто хранить ценные бумаги и осуществлять с ними операции, не связанные со сделками на организованном рынке, на бирже, то ему вполне достаточно иметь депозитарный договор. Это и объясняет, почему у ФИО20 М.В. был только депозитарный договор на тот момент, и не было брокерского, потому что он ему был не нужен. И для приобретения паев и регистрации перехода прав собственности паев с Centela на ФИО20 абсолютно было достаточно депозитарного договора.

У ФИО20 в 2013-м году отражены операции в базе бэк-офиса. В данном случае речь идет о том, что компания Centela, будучи брокерским клиентом ООО «ИК «ФИО3», как клиент ООО «ИК «ФИО3» покупала ценные бумаги у контрагента ФИО20 М.В. И поэтому ФИО20 М.В. здесь попал в базу бэк-офиса, поскольку эта операция была брокерской операцией компании Centela. Речь идет об акциях «Агрофермы Мценская», из шести договоров - четыре договора были по этим бумагам, один договор был по «Вышневолоцкому деревообрабатывающему комбинату», и один договор был по акциям “Лесозавод №”. Это договоры, не связанные с паями, и в этих договорах ФИО20 был контрагент. Но он попал в базу, поскольку Centela делала эту сделку на основании брокерского распоряжения. А в 2012-м году он не попал к Centela, поскольку это была не брокерская операция, а просто депозитарная проводка между двумя клиентами.

Экспертиза говорит, что по факту документы, которые провели 7-м числом, а сотрудник компьютер открыл 18-го числа, потому что был завал, он не успел это сделать раньше. Но депозитарий подтверждает, что соответствующие операции были проведены 6-го и 7-го числа, и экспертиза это подтверждает. Просто говорит, что руками это было проведено 18-го числа, т.к. у сотрудника был завал. Стандартная операция, и она стандартна для всех депозитариев в чем. Есть такое понятие, как сверка регистров. В инвестиционной компании есть три вида учета — это бухгалтерский учет, его ведет бухгалтерия, учет бэк-офиса ведут сотрудники бэк-офиса и депозитарный учет ведут сотрудники депозитария. Так как много операций и какие-то отражаются в одной базе, какие-то с двух, какие-то с трех, есть регламентированная ежемесячная сверка журналов регистров, когда отделы между собой обмениваются проведенными операциями за месяц, чтобы увидеть, мало ли у кого-то какая-то ошибка, что-то скорректировать. Это обычная стандартная деятельность. И это норма, что ежемесячно все сверяется. Поэтому то, что это руками было забито не 7-го, а 18-го, с точки зрения операционной деятельности и всех внутренних регламентов не является нарушением. Проходит декабрь, в начале января отделы взяли и все сверили. Утвердили и все, декабрь закрыт, к нему не возвращаемся.

В целях проверки версии обвинения о совершении Киселевым В.Ю. преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, судом подробно, последовательно и всесторонне исследованы вышеприведенные доказательства, на которые ссылается обвинение.

Данные доказательства, исследованные при проведении судебного следствия, в своей совокупности устанавливают лишь существование факта предъявления представителем ООО «УК «ФИО3» суду подложных или поддельных документов в качестве доказательства заявленных организацией требований о взыскании денежных средств.

Суд считает, что ряд доказательств не может быть использован для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ, и признает их недопустимыми по следующим обстоятельствам:

Согласно ч.1 ст. 75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Согласно п.3 ч.2 ст. 75 УПК РФ, к недопустимым доказательствам относятся иные доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса.

Согласно ст.84 УПК иные документы допускаются в качестве доказательств, если изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ. К ним могут относиться иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном ст. 86 УПК РФ.

На основании ч.1 ст.86 УПК РФ собирание доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных УПК РФ.

Суд считает недопустимыми доказательствами приобщенные следователем к материалам уголовного дела копии документов из гражданского дела № на л.д.91-92, 98-109 (исковое заявление, договор купли-продажи, договор уступки прав требования, доверенность адвокату ФИО61, заочное решение суда от ДД.ММ.ГГГГ, заявление ФИО20 о его отмене), т.к. они получены не процессуальным путем, никем не заверены.

По тем же основаниям суд также отвергает в качестве доказательств приведенные стороной обвинения документы в т.2, л.д.47-110 настоящего дела, якобы «подтверждающие факт владения ФИО22 А.В. частной компанией с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД», т.к. они получены не процессуальным путем - получены лично следователем от неуказанного им лица без сопроводительного письма, кроме того, их содержание никоим образом не подтверждает предъявленное Киселеву В.Ю. обвинение. Документы в т.2, л.д.39-46 и 93-110 имеются в открытом доступе, но относятся к периоду, не актуальному для предъявленного обвинения (2013 и 2017 годы).

Суд также считает недопустимыми доказательствами приобщенные следователем к материалам уголовного дела копии документов из уголовного дела № по обвинению Киселева В.Ю. по ч.4 ст.160 УК РФ, осужденного ДД.ММ.ГГГГ, якобы подтверждающие, по мнению следствия, «фактический полный контроль Киселева В.Ю. за частной компанией с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД», находящиеся в т.2, на л.д.157-205, т.к. они получены не процессуальным путем, никем не заверены.

Не могут быть положены в основу обвинения Киселева В.Ю. показания потерпевшего ФИО20 М.В., свидетелей ФИО5 и Свидетель №2, поскольку они не подтверждают ни одно из обстоятельств, подлежащих доказыванию по смыслу ст.73 УПК РФ, и опровергаются исследованными по делу доказательствами.

Так, потерпевший ФИО20 М.В. в судебном заседании подтвердил следующие обстоятельства:

- ему было известно о том, что гражданский иск по взысканию с него задолженности по неоплате им ценных бумаг паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» был отозван в апелляционной инстанции представителем ООО «Управляющая компания «ФИО3»;

- подтвердил факт приобретения ценных бумаг, паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» в количестве 1 774 шт. ДД.ММ.ГГГГ, количество и стоимость приобретенных ценных бумаг не оспаривал, в доказательство чего сам предоставил выписку из депозитария ООО «ИК «ФИО3», согласно которой на счету ФИО15 М.В. ДД.ММ.ГГГГ находится 1774 пая ЗПИФ «Земли Подмосковья» под управлением ООО «УК ФИО6»;

- своими показания и личным предоставлением выписок в оригинале ФИО20 М.В. подтвердил факт дальнейшего распоряжения полученными им ДД.ММ.ГГГГ ценными бумагами – паями ЗПИФ «Земли Подмосковья» под управлением ООО «УК ФИО6» в количестве 1774 шт. А именно, внесение их ДД.ММ.ГГГГ в уставный капитал ООО «Инвестиционная компания «ФИО3». В доказательство данного обстоятельства ФИО20 М.В. предоставил заверенный отчет из депозитария ООО «ИК «ФИО3» о выполнении депозитарной операции по счету ФИО58 №К400208 за подписью генерального директора Киселева В.Ю., согласно которому со счета ФИО15 М.В. на счет ФИО58 ООО «ИК «ФИО3» ДД.ММ.ГГГГ были переведены 1774 пая ЗПИФ «Земли Подмосковья». Также ФИО20 М.В. предоставил заверенные копии уведомлений из ЗАО «Первый специализированный депозитарий» от ДД.ММ.ГГГГ о расходной записи по лицевому счету номинального держателя ООО «ИК «ФИО3», согласно которой со счета ФИО15 М.В. на собственный счет ФИО58 владельца ООО «ИК «ФИО3» были переведены 1774 пая ЗПИФ «Земли Подмосковья» под управлением ООО «УК ФИО6» и о приходной записи по лицевому счету владельца ООО «ИК «ФИО3», согласно которой на собственный счет ФИО58 владельца ООО «ИК «ФИО3» со счета ФИО15 М.В. были переведены 1774 пая ЗПИФ «Земли Подмосковья» под управлением ООО «УК ФИО6»;

- подтвердил тот факт, что исполнительный лист, полученный Киселевым В.Ю. через представителя, о взыскании с ФИО20 М.В. задолженности не был предъявлен к исполнению, а сам ФИО20 М.В. никогда не получал какого-либо постановления о возбуждении исполнительного производства по данному исполнительному листу, никогда не получал вызовов от судебных приставов в рамках данного дела;

- в ходе судебного допроса подтвердил тот факт, что ему не был причинен никакой финансовый или имущественный ущерб.

При этом ФИО20 М.В. не смог дать пояснения на следующие вопросы гособвинителя, суда и стороны защиты:

-почему якобы имеющий место быть договор купли-продажи ценных бумаг - паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» между ним и ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ впервые стал фигурировать в материалах лишь в декабре 2018 года, то есть спустя более года с момента подачи им заявления в правоохранительные органы в отношении Киселева В.Ю.,

- почему в 2016, 2017 годах, когда он оспаривал заочное решение Реутовского городского суда <адрес>, а затем и сам иск в отношении него, он не предоставлял договор с ФИО7 Е.П. и даже не заявлял о его существовании.

- относительно обстоятельств, при которых был заключен данный договор. Все объяснения ФИО20 М.В. сводились лишь к тому, что у Свидетель №2 и ФИО20 М.В. нет претензий друг к другу, а следовательно, нет необходимости доказывать факт наличия и исполнения договорных отношений между ними. ФИО20 М.В. ответил, что не помнит:

- где был заключен данный договор,

- подписывались ли еще какие-либо документы помимо договора при оформлении сделки с ФИО7 Е.П.,

- сколько экземпляров договоров между ним и ФИО7 Е.П. было подписано,

- когда он начал вести переговоры с ФИО7 Е.П. о приобретении у него данных ценных бумаг,

- каким образом и когда произошла оплата стоимости данных ценных бумаг Свидетель №2 в размере 180 млн рублей, при том, что согласно показаниям самого ФИО20 М.В., для него эта сумма является очень существенной,

- лично ли он передавал Свидетель №2 денежные средства за данные паи или нет,

- какими именно векселями и в каком количестве был им произведен частичный расчет с ФИО7 Е.П.,

- как и кому подавал поручения на зачисление ценных бумаг паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» на свой счет в рамках данного договора.

Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании давал противоречивые показания о периодах своей работы в компании ООО «ИК «ФИО3», путал в своих показаниях паи Закрытого паевого инвестиционного рентного фонда «Земли Подмосковья» под управлением УК «ФИО6», которые являются по определению ценными бумагами, с земельными паями (земельными долями), которые к ценным бумагам не имеют никакого отношения. В обязанности сотрудника ООО «ИК «ФИО3» Свидетель №2, согласно его собственным показаниям, входила скупка земельных участков и земельных паев, но эта деятельность не имела никакого отношения к сделкам купли-продажи ценных бумаг – паев ЗПИФ «Земли Подмосковья». Свидетель №2 подтвердил, что именно через знакомство с ФИО20 М.В. он был трудоустроен в компанию ООО «ИК «ФИО3».

По обстоятельствам самой сделки, якобы имевшей место быть ДД.ММ.ГГГГ между ФИО20 М.В. и ФИО7 Е.П., свидетель Свидетель №2 пояснил следующее:

- ФИО20 М.В. знал, что Свидетель №2 занимается землей, поэтому он и обратился к нему за приобретением определенного количества инвестиционных паев. При этом, как взаимосвязано то обстоятельство, что Свидетель №2 занимался скупкой земельных участков у колхозников и профессиональная деятельность паевого инвестиционного фонда, чьи ценные бумаги приобрел ФИО20 М.В., пояснений не дал;

- Свидетель №2 пояснил, что договор купли-продажи ценных бумаг готовил он лично, принес непосредственно на сделку в распечатанном виде в количестве 2 или 3х штук, точное количество не помнит;

- Свидетель №2 подтвердил, что данные ценные бумаги - паи ЗПИФ «Земли Подмосковья» находились в депозитарии ООО «ФИО3», в котором у него также был открыт депозитарный счет;

- Свидетель №2 пояснил, что все остальные документы, в частности передаточные распоряжения, на основании которых и происходит процесс перерегистрации ценных бумаг, были к моменту его прихода уже подготовлены ФИО20 М.В. При этом сам ФИО20 М.П. данные обстоятельства в ходе своего допроса не вспомнил;

- по вопросу оплаты по данному договору Свидетель №2 пояснил, что расчет между ним и ФИО20 М.В. произошел частично деньгами, частично векселями, но какими именно, в каком количестве и на какую сумму, он не помнит. Сказал, что денежную часть ФИО20 М.В. перечислил ему спустя день после подписания договора, при этом размер денежной суммы он не помнит и подтвердить выпиской по счету или иным документом данную оплату не может. Также как и не может подтвердить факт получения векселей.

Подтвердить исполнение своих обязательств в рамках подписанного договора с ФИО20 М.В. свидетель Свидетель №2 не смог.

При этом свидетель Свидетель №2 не смог пояснить:

- когда именно ФИО20 М.В. обратился к нему с вопросом о приобретении паев ЗПИФ «Земли Подмосковья»,

- куда после подписания всех документов он дел передаточное распоряжения, которые надлежало было предоставить в отдел Депозитария ООО «ИК «ФИО3» для проведения сделки,

- только в судебном заседании выяснилось, что инвестиционные паи, которые Свидетель №2 якобы продал ФИО20 М.В., не в полном объеме были у него в собственности, при этом в каком именно количестве они были в его собственности - пояснить затруднился. Свидетель №2 пояснил, что данные ценные бумаги были на самом деле на счету другого человека, но какого именно: имя, фамилию, как найти этого неизвестного человека, Свидетель №2 вспомнить категорически не смог. Договор с данным неизвестным человеком, который, согласно его показаниям, также имел место быть, он тоже не сохранил.

Суду не представлено ни одного доказательства существования договорных отношений между ФИО7 Е.П. и этим незнакомым человеком. Более того, если бы эта цепочка сделок имела место быть, то все они должны были бы отразиться как минимум в двух базах 1С компании ООО «ИК «ФИО3» в силу того, что именно она выступала номинальным держателем данных ценных бумаг, в базе 1С Депозитарий и базе 1С Бухгалтерия. Однако согласно результатам судебной экспертизы в базах не только не найдена вторая часть этой цепочки сделок, о которой ведет речь Свидетель №2, а именно перевод ценных бумаг со счета ФИО58 Свидетель №2 на счет ФИО15 М.В., но в принципе клиента Свидетель №2 не найдено ни в одной из баз за декабрь 2012 года. Следовательно, никакой сделки ФИО36 с неким неизвестным человеком не было и не могло быть, иначе бы она также нашла свое отражение в данных базах.

Свидетель №2 не смог внятно пояснить, откуда у этого незнакомого человека могло оказаться на руках такое большое количество ценных бумаг, паев ЗПИФ «Земли Подмосковья». Свидетель №2 указал, что этот неизвестный человек больше, чем он, участвовал в преобразовании земельных участков в паи, но в чем именно заключалась роль этого неизвестного человека в процессе формирования фонда и как возможно превращение земельных паев сразу в ценные бумаги этим неизвестным человеком без участия управляющей компании и специализированного депозитария, не пояснил.

Свидетель №2 не смог вспомнить ни одного факта касаемо деталей оплаты в рамках данного договора: ни размера денежной части суммы, ни способ ее получения, ни наименование векселей, их количество или сумму, также не вспомнил как и при каких обстоятельствах проходила передача данных векселей и денежных средств ему от ФИО20 М.В.

В качестве доказательства о проведении сделки между ФИО20 М.В. и ФИО7 Е.П. последним ДД.ММ.ГГГГ следователю был представлен единственный документ – копия договора купли-продажи ценных бумаг от ДД.ММ.ГГГГ, в котором стоят подписи сторон – ФИО20 М.В. и Свидетель №2 Судом изучена в т.2, л.д.222 копия данного договора, в реквизитах которого содержится ошибка: в качестве основания для осуществления перехода прав собственности на ценные бумаги указан междепозитарный договор №/ДМС-0 от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «ИК «ФИО3» и НКО ЗАО «Национальный расчетный депозитарий». Но при этом данные ценные бумаги - паи ЗПИФ «Земли Подмосковья» хранились в другом депозитарии – ЗАО «Первый расчетный депозитарий». Таким образом, в данном договоре указаны реквизиты совершенно иного места хранения ценных бумаг, тогда как в депозитарии НКО ЗАО «Национальный расчетный депозитарий» данные ценные бумаги начали храниться существенно позже - лишь в 2013 году после вывода их на биржу.

В связи с изложенным, суд признает несостоятельными ссылки потерпевшего ФИО20 М.В. и свидетеля Свидетель №2 на указанный договор.

К показаниям ФИО20 М.В. и Свидетель №2 суд относится критически, исходя из того обстоятельства, что суду не представлены документы или электронные выписки, подтверждающие реальность данных договорных отношений, среди которых могли быть:

- оригинал договора купли-продажи ценных бумаг, подписанного ФИО20 М.В. и ФИО7 Е.П.

- какое-либо подтверждение оплаты в рамках данного договора: выписка со счетов ФИО20 М.В. или Свидетель №2, подтверждающая прохождение оплаты; приходно-кассовый ордер; расписка в получении средств ФИО7 Е.П.; копия налоговой декларации Свидетель №2, подтверждающая извлеченную им прибыль в размере 1 млн рублей, о которой он говорил в своем допросе; копия или хотя бы наименование и сумма векселей, о которых упоминают в своих показаниях ФИО20 М.В. и Свидетель №2 Сумма по договору была весьма существенная и составила около 180 млн рублей, но при этом ни одна сторона по сделке не помнит ни одной детали ее проведения.

- не найдена информация в электронной базе 1С или выписка на бумажном носителе из базы 1С Депозитарий и 1 Бухгалтерии ООО «ИК «ФИО3», в которых должна была бы отразиться данная сделка. Согласно результатам судебной финансово-технической экспертизы в базах данных 1С не было найдено никакой информации относительно данной сделки.

Суд отмечает, что ФИО20 М.В. на протяжении всего судебного следствия отказывался признать тот факт, что у него самого остались на руках базы данных 1С ООО «ИК «ФИО3», так как они не были изъяты в ходе обыска в компании ДД.ММ.ГГГГ, а были лишь скопированы на жесткий диск, что подтверждается приобщенными в ходе судебного заседания протоколом обыска и протоколом осмотра предметов. ФИО20 М.В. также возражал приобщению для проведения финансово-технической экспертизы базы данных 1С, выполненной стороной защиты, поиску изъятых в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ баз данных 1С и последующему исследованию содержимого этих баз данных компании ООО «ИК «ФИО3», хотя для подтверждения сделки между ним и ФИО7 Е.П именно он в первую очередь должен был быть заинтересован доказать ее реальность и подтвердить хотя бы базами данных, если у него на руках не сохранилось ни единого подтверждающего бумажного документа.

Доказательств того, что после подписания данного договора по нему были переведены спорные ценные бумаги, суду представлено не было.

Доказательств того, что Свидетель №2 когда-либо владел спорными ценными бумагами, чтобы иметь возможность выполнить условия данного договора – суду представлено тоже не было. При этом иные документы, имеющие отношение к сделке по увеличению уставного капитала, у ФИО20 М.В. сохранились даже в оригинале.

Согласно закону именно сторона обвинения должна доказать вину подсудимого, это означает, что прежде всего сторона обвинения должна была подтвердить отсутствие сделки ФИО20 М.В. с Centela Trade Ltd и вместо нее существование сделки с ФИО7 Е.П. Киселев В.Ю., хоть на нем формально и не лежало этой обязанности, представил доказательства обратного – отсутствие какой-либо сделки между ФИО20 М.В. и ФИО7 Е.П. и наличие сделки между ФИО20 М.В. и Centela Trade Ltd.

     Сторона защиты в подтверждение своих показаний о приобретении ФИО20 М.В. паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» именно у компании Centela Trade Ltd в свою очередь предоставила документ на бумажном носителе (еще ранее – в материалы гражданского дела), подтверждающий реальность данной сделки, а именно – отчет о выполнении депозитарной операции по счету ФИО58 №Ю400001, согласно которому со счета ФИО58 клиента Centela Trade Ltd на счет ФИО58 клиента Потерпевший №1 было переведено 1774 пая ЗПИФ «Земли Подмосковья» под управлением ООО «УК ФИО6» (Данный отчет приобщен из материалов гражданского дела №, том 1, л.д. 9). Данный отчет подписан непосредственно Генеральным директором ООО «ИК «ФИО3», так как согласно регламенту компании, только он обладал правом подписи на всех отчетных документах.

Представитель потерпевшего ФИО20 М.В. пыталась поставить под сомнение данный отчет о выполнении депозитарной операции, указав на то, что на нем стоит подпись Киселева В.Ю., следовательно ему доверять нельзя. Однако привести аргументы, чья еще подпись, как не Генерального директора ООО «ИК «ФИО3» может стоять на подобных отчетах, не смогла. Более того, затем представитель потерпевшего сама ходатайствовала о приобщении аналогичного отчета о выполнении депозитарной операции по счету ФИО58 № К400208, согласно которому со счета ФИО15 М.В. на счет ФИО58 ООО «ИК «ФИО3» ДД.ММ.ГГГГ были списаны 1774 пая ЗПИФ «Земли Подмосковья», также за подписью Киселева В.Ю.

Показания потерпевшего ФИО20 М.В. и свидетеля Свидетель №2 противоречат результатам судебной финансово-технической экспертизы баз данных (Депозитария, Бухгалтерии и Бэк-офиса), изъятых следственными органами в ходе обыска в ООО «ИК «ФИО3» ДД.ММ.ГГГГ, а также показаниям свидетелей защиты – ФИО44 и ФИО37, принимавших непосредственно участие в процедуре по увеличению уставного капитала компании ООО «ИК «ФИО3».

Данные сотрудники подтвердили, что равно как Киселев В.Ю., так и ФИО20 М.В. ДД.ММ.ГГГГ приобрели паи ЗПИФ «Земли Подмосковья» под управлением УК «ФИО6» в количестве 1774 шт. каждый у компании Centela Trade Ltd, а сделка между ФИО20 М.В. и ФИО7 Е.П. ДД.ММ.ГГГГ не имела место быть.

Не могут быть положены в основу обвинения показания свидетеля ФИО5 К.А. в судебном заседании, поскольку он не являлся очевидцем или участником происшедшего, ему неизвестно что-либо о действиях подсудимого, потерпевшего, иных свидетелей ДД.ММ.ГГГГ, а потому суд считает его показания не относящимися к делу.

    Выводы предварительного расследования, изложенные в обвинительном заключении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и неправильно истолкованы предварительным расследованием, поэтому суд считает обвинение необоснованным.

Установленные в суде обстоятельства произошедшего, свидетельствующие о невиновности подсудимого, кроме показаний последнего, подтверждаются следующими доказательствами:

    - показаниями дополнительного свидетеля ФИО10 в судебном заседании, согласно которым она является членом адвокатской палаты <адрес>, была защитником Киселева В.Ю. по уголовному делу №, также ведет некоторые его гражданские дела. Потерпевшего ФИО20 знает, присутствовала на очной ставке Киселева с ним в 2015 году. С Киселевым познакомилась примерно в ноябре 2014 года. Он попросил оказать ему консультационные услуги, как процессуально взыскивается задолженность по обязательствам. Она ему все это объяснила. Никаких на тот момент документов он ей не представил. Через некоторое время он вновь позвонил, попросил представить паспортные данные для доверенности, она ему их отправила вместе с проектом соглашения на оказание юридических услуг. После они встретились, он передал доверенность от ООО «УК «ФИО3», и они заключили соглашение с генеральным директором ООО «УК «ФИО3» Киселевым на представление интересов Управляющей компании «ФИО3» на ведение вообще гражданских дел ООО УК «ФИО3». Генеральный директор ООО УК «ФИО3» Киселев В.Ю. сообщил ей, что у ФИО20 имеется задолженность по оплате паев земельного паевого инвестиционного фонда «Земли Подмосковья» и спросил, возможно ли ее взыскать, сказал, что имеются документы, подтверждающие наличие задолженности.

Она попросила правоустанавливающие документы, чтобы определить предмет исковых требований, имеется ли задолженность, основания к взысканию. Он сказал, что все документы находятся в офисном помещении ООО «ФИО3» по адресу Москва, <адрес>, что у него ограниченный туда доступ. Он является генеральным директором, но доступ у него туда ограничен ФИО20, он документы предоставить не может, но сказал, что по возможности, когда он их сможет получить, соответственно, он ей их передаст. Позже примерно в апреле уже 2015 года ей позвонила его супруга ФИО22 Ю.В и напомнила о существующем поручении Киселева по этому делу. ФИО61 ей сказала, что у нее нет документов, чтобы составить исковое заявление. ФИО22 сказала, что документы все еще находятся в офисе компании на <адрес>е, ей их не дадут, что Киселев находится под стражей по уголовному делу, сказала номер телефона офиса, что можно попытаться взять документы там. ФИО61 позвонила по этому номеру телефона, женский голос ответил, что не в курсе о документах по ООО «УК «ФИО3», однако может уточнить, если она оставит номер телефона. Она перезвонила через пару дней и сказала, что документы есть в наличии, как их передать. Поскольку у ФИО61 разъездной характер работы, она попросила кого-то отправить, т.к. сама физически не могла приехать именно в тот период. Документы привезли в офисное помещение, оставили на охране, такая практика имеется, практически все время клиенты передают документы таким образом. Потом она их забрала, изучила, составила исковое заявление. На всех документах были подписи и синие печати организаций, которыми были выпущены эти документы. Из этого она делает вывод, что документы были оригинальными, подлинниками. В СИЗО Киселев никаких документов по подаче исковых заявлений не подписывал, она попала к нему в изолятор уже после подачи исковых заявлений в суд. В начале мая 2015г. составила 2 иска и подала их в Реутовский городской суд. Исковые заявления подписывала она, как представитель по доверенности. Летом 2015г. по одному иску был отказ. По второму исковому заявлению было вынесено заочное решение о взыскании задолженности с ФИО20 около 180 миллионов. Потом заочное решение вступило в силу, она получила его, также получила исполнительный лист, сказала Киселеву в ходе его посещения в следственном изоляторе, что просужен иск, имеется исполнительный лист. Он сказал пока положить, ничего с ним не делать, пусть он будет у нее в документах. О дальнейшем ходе процесса ее не извещали, она не знала, что идет оспаривание уже вступившего в силу заочного решения. Узнала только после того, как ей позвонил следователь и сказал об этом уже в 2017 году. Сейчас у нее уже есть сомнения, был ли договор от ДД.ММ.ГГГГ подлинный, потому что на тот момент, когда она изучала документы, были синие печати и подписи в нем, из-чего она могла сделать вывод, что это документы подлинные. Однако после того, как возникло это уголовное дело, у нее уже сомнения, а были ли они подлинные. Она просто не специалист и не может понять – подлинные они или не подлинные.

После того, как в декабре 2015 года был провозглашен приговор, вступил в силу в марте 2016 года, Киселева отправили отбывать наказание в Рязанскую колонию. Документы, которые ей привезли из компании, она Киселеву не показывала, она показывала исключительно исковые заявления, поскольку они ограничены в тех документах, которые могут проносить в следственный изолятор. Исковое заявление касалось непосредственно осуществления юридической помощи, его она взяла и показала. Сотруднику следствия она не говорила, что документы, которые ею были приложены к исковому заявлению о взыскании с ФИО20 180 миллионов, она получила у Киселева. Сказала лишь то, что адвокаты получают документы от клиентов. Но конкретно она не могла раскрыть адвокатскую тайну.

     Когда в 2017г. Киселев освободился по УДО, она ему все документы вместе передала в папке, скомпоновав по хронологии. Что он с этими документами сделал, ей неизвестно.

    - показаниями дополнительного свидетеля ФИО37 в судебном заседании, согласно которым работает адвокатом МКА «Арте», подсудимого Киселева и потерпевшего ФИО20 знает с 2007г., отношения деловые, неприязни нет. В 2007 году его клиенты вели проект по скупке ценных бумаг, компания в структуре «Газпрома», их партнерами по указанной сделке являлась компания ООО «ФИО3». ФИО37 был консультантом со стороны своих клиентов, со стороны «ФИО3» на тот момент консультантом выступал начальник юридического отдела Гуменчук Владимир. Сделка была сложная, большое количество акционеров, он неоднократно бывал в офисе ООО «ФИО3» в районе станции Смоленская, виделся с ФИО20 М.В. и Киселевым В.Ю. Общение было дружелюбное, партнерское, настроенное на достижение конкретного результата. В последующем Ануфриеву поступило предложение поработать в ООО «ФИО3» в должности юриста от ФИО20 М.В., она тогда называлась ООО «ФИО3». На тот момент помимо ФИО20 и Киселева участниками этого общества являлся Кудаков и Гольдберг. У каждого из участников было по 25 процентов долей общества с ограниченной ответственностью. На тот момент это предложение поработать юристом он не принял, потому что с 2005 года получил статус адвоката и выступал в роли некого консультанта. В последующем, так как потребность в юристе не отпала, в компанию «ФИО3» был устроен его двоюродный брат ФИО38, в 2007 году он приступил к выполнению должностных обязанностей в должности юриста. В 2008 году они договорились с ФИО20 М.В. принципиально, что статус адвоката у него не прекращается, он так же работает адвокатом, ему предоставляется стол, компьютер, некая инфраструктура в офисе компании, чтобы он выполнял функции консультанта – стороннего куратора работников юр.отдела, там в разные периоды было от 1 до 2 человек. Офис компании «ФИО3» в 2008 году был уже на 3м Монетчиковском переулке, затем переехал на Новый Арбат, и последний адрес компании был <адрес>. Во всех офисах у него было некое подобие рабочего места, возможность туда приезжать в любое время суток, оказывать консультационные услуги, возможность там встречаться с людьми, которые приезжали к нему, то есть, с этого периода он тесно, фактически там ежедневно двигался. И так продолжалось до 2015 года. «ФИО3» переименовалось в 2008 году, оно было изначально ООО «Инвестиционная компания «ФИО3», в 2008 году участники приняли решение переименовать общество в ООО «Инвестиционная компания «ФИО3», и с 2008 года это название сохранилось по текущий день. Знает, что до 2012 года размер уставного капитала ООО «ФИО3» был порядка 120 миллионов рублей. Было два участника «ФИО3» - ФИО20 и Киселев, у каждого из них было по 50 процентов. Другие два участника с момента создания до 2012 года из состава участников вышли, доли их были распределены между ФИО20 и Киселевым. Знает, что до этого момента уставный капитал в размере 120 миллионов формировался денежными средствами. А в декабре 2012-го участники Киселев и ФИО20 приняли решение увеличить уставный капитал до 500 миллионов рублей. Такое желание было продиктовано целью создать некоторые конкурентные преимущества компании «ФИО3» по сравнению с другими участниками рынка ценных бумаг, предполагалось, что с таким уставным капиталом, с теми оборотами, с той текущей деятельностью компания сможет получить хороший рейтинг надежности. Но довнести по 177,400 миллионов рублей денежными средствами – задача на тот момент была непосильная, и было принято решение, что уставный капитал будет увеличен до 500 миллионов рублей путем внесения ценных бумаг. Получается, что общая сумма имущества, которую надо было внести – порядка 360 миллионов рублей. Достаточно дорогостоящее имущество. И, более того, на 2012-й год действовало положение закона об обществах с ограниченной ответственностью, что неденежные вклады подлежат оценке, если они свыше 40 000 рублей. К 2012-му году у ФИО24 компаний «ФИО3», а именно у компании Centela Trade Ltd были паи паевого инвестиционного фонда «Земли Подмосковья», там было 80 000 паев общей оценкой 8 миллиардов рублей. Паи – это и есть ценные бумаги, это финансовые инструменты. Они так же котируются на рынках, торгуются, в какой-то степени находятся в свободном обращении, но с определенными ограничениями, потому что это был закрытый паевой инвестиционный фонд. И участниками ФИО20 и Киселевым было принято решение увеличить номинальную стоимость своих долей, тем самым увеличить размер уставного капитала за счет внесения этих паев в уставный капитал «ФИО3», каждый по 1 774 пая. Киселевым ему было поручено подготовить необходимый комплект документов для их подачи в Межрайонную ФНС № по городу Москве, чтобы внести соответствующие изменения, как уставных документов, так и данных об обществе. Но эти паи были в собственности компании Centela. Centela— это компания нерезидент, которая входила в так называемую ФИО24 компаний «ФИО3», это отдельная компания, через бенефициарное владение она контролировалась участниками общества «ФИО3». Им были подготовлены следующие комплекты документов – это 2 договора купли-продажи Centela- ФИО20, Centela- Киселев, но от Centela подписантом выступала компания «ФИО3» в лице своего генерального директора. Это делалось в силу того, что Centela являлась клиентом «ФИО3», а именно по договору комиссии. Все сделки с ценными бумагами на российском фондовом рынке, 90 процентов – они осуществляются через их клиентов. Это связано с вопросами оптимизации налогообложения и упрощения этой процедуры. Предмет договоров был идентичен, просто 2 идентичных договора. Просто покупателем паев в одном случае был ФИО20, в другом случае был Киселев, покупали они каждый по 1 774 пая стоимостью 177 400 000 руб. Такая цена определялась оценкой, которую также сделали перед заключением договора купли-продажи и срок оплаты с отсрочкой 2 месяца с момента заключения. Подписантом со стороны Centela выступал генеральный директор ООО «ИК «ФИО3» Киселев В.Ю. К этому комплекту ФИО37 подготовил новую редакцию устава «ФИО3» с измененными данными о размере уставного капитала, оценку паев и протокол общего собрания участников об увеличении уставного капитала путем взноса каждого участника по 1 774 пая. С этим комплектом документов ДД.ММ.ГГГГг. на Новом Арбате в кабинете ФИО20 М.В. эти документы- договор и протокол- были подписаны. На протоколе они указали дату ДД.ММ.ГГГГг., сразу обозначали ее, потому что понимали, что перерегистрация паев – эта процедура займет один день. После подписания комплект документов остался у Киселева. На момент 2012 года документы в ФНС отвозит и подает лично генеральный директор общества, не допускалась подача документов через представителя, а электронно-цифровая подпись у нотариуса еще не действовала. К этому комплекту документов необходимы депозитарные отчеты отдела депозитариев ИК «ФИО3». Там специалист ведет учет операций и проводит эти операции через определенную программу ЭВМ, так как все ценные бумаги, в том числе, паи, являются бездокументарными, и все записи по ним осуществляются через внесение соответствующих записей в реестр программных продуктов. А выписка – это документ, бумажный носитель, по форме установленного Федеральной комиссией по ценным бумагам образца, в которой содержится информация, что ценные бумаги с одного лица списаны, то есть, одним лицом отчуждены, в нашем случае проданы, на другое лицо они записаны, то есть право собственности на эти ценные бумаги возникло. ДД.ММ.ГГГГ он был в офисе, комплект документов был готов, Киселев перед поездкой ему его показывал. В депозитарных отчетах, их два было, в одном из них была информация, что ценные бумаги, паи закрытого паевого инвестиционного фонда «Земли Подмосковья» в количестве 1 774 списаны со счета ФИО20 М.В. и зачислены на счет «ФИО3». Второй депозитарный отчет о том, что также паи в количестве 1 774 списаны со счета Киселева В.Ю. и зачислены на счет «ФИО3», тем самым есть подтверждение, что «ФИО3» стала собственником 3 548 паев. Это является необходимым документом, чтобы налоговая провела регистрационную запись об увеличении уставного капитала. Ему известно, что этот комплект документов был подан Киселевым в налоговую, уставный капитал компании «ФИО3» был увеличен до 500 миллионов. Ануфриев осуществлял сотрудничество с компанией «ФИО3» до 2015 года. ФИО20 в ООО «ФИО3» занимал должность директора по развитию, он курировал все новые проекты, которые могли бы быть интересны им с Киселевым, как какие-то инвестиции в последующем. Скупка ценных бумаг, покупка земель, земельных паев, еще что-то. Большое количество проектов было. Он контролировал менеджеров, непосредственно скупщиков. Киселев был арестован в конце декабря 2014г. Сотрудников «ФИО3» Свидетель №2 и ФИО5 Ануфриев знает лично. Свидетель №2 работал в должности менеджера, трудовой договор не видел. ФИО5 был начальником отдела, связан с ценными бумагами. ФИО5, Свидетель №2 до 2014 года работали. ФИО5 точно и после 2014 года работал. На момент заключения договора от ДД.ММ.ГГГГ эти люди – Свидетель №2 и ФИО5 продолжали работать в компании «ФИО3». В отношении Ануфриева в конце лета 2015г. подавалось заявление о возбуждении уголовного дела со стороны компании «Форвард капитал», генеральным директоров «Форвард капитал» являлся ФИО5. Был отказной материал. И ФИО20, и Киселев лично выдавали доверенности Ануфриеву.

Представленная ему на обозрение в т.1, л.д.100-101 копия договора купли-продажи ценных бумаг между Centela и ФИО20 является не тем договором, который готовил он (Ануфриев). Бросается в глаза шрифт, разные шрифты, у него на этот счет четкое правило, что он все делает шрифтом Times New Roman 12, но основное, - в самой шапке указано, что компания ООО Centela, учрежденная тогда-то и там-то, с адресом таким-то, в лице представителя по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, а договор датируется ДД.ММ.ГГГГ. Этот договор не является частью того пакета документов, который подготовил он. Условия были похожи, 180 млн.руб. В его проекте договора от имени Centela был указан «ФИО3», но действующий на основании Регламента о присоединении. Подписанты были те же- Киселев и ФИО20, сумма та же. При подписании этого договора от ДД.ММ.ГГГГ между Centela в лице Киселева и ФИО20, как физическим лицом, оплата денежных средств по этому договору не производилась, сам договор предполагал отсрочку по расчетам на 2 месяца до ДД.ММ.ГГГГ.

- показаниями дополнительного свидетеля ФИО44 в судебном заседании, согласно которым он начал работать в ООО «ИК «ФИО3» с августа 2012 года. Учился в институте с ФИО22 А.В., от него узнал о вакансии специалиста аналитического отдела, предоставил свое резюме, вначале прошёл собеседование с Киселёвым В.Ю., затем с ФИО20 М.В., после чего начал работать. 50% компании принадлежало Киселёву В.Ю., 50% принадлежало ФИО20 М.В. Киселёв занимал должность генерального директора, а ФИО20 - должность финансового директора или директора по развитию. Сягаев числился специалистом аналитического отдела, но с самого начала помогал в депозитарии, изначально это была простая работа с заполнением. Фактически помогал начальнику депозитария, заполнял анкеты клиентов, готовил какие-то базовые документы, т.е. работал в депозитарии ООО «ИК «ФИО3». Позже он получил в учебно-консультационном кадровом центре МФЦ квалификационный аттестат, позволяющий работать в депозитарии официально и занимать официальные должности. Спустя какое-то время летом 2013 года начальник депозитария уволился, ему предложили занять его должность. Вначале он заполнял документы, косвенно относящиеся к депозитарной деятельности, т.е. анкеты клиентов какие-то готовил, поручения. Когда он приступил к работе начальником депозитария, уже исполнял поручения клиентов, готовил документы депозитария, проводил операции, исполнял весь круг и спектр обязанностей начальника депозитария. Чтобы клиент провел операцию, он предоставляет в депозитарий поручение. Депозитарий принимает это поручение, проводит операцию, выдает клиенту отчёт о проведённой операции. Это основные обязанности депозитария. Свидетель №1 и Свидетель №2 знает, как сотрудников ООО «ИК «ФИО3», когда пришёл на работу, они уже работали. Когда Сягаев уволился в декабре 2014 года, они все ещё продолжали работать. В 2012 году компания ООО «ИК «ФИО3» решила начать работать с банками. Соответственно, для этого нужно было увеличение уставного капитала. Проходило увеличение уставного капитала, в рамках которого компания Centela Trade Ltd, которая владела этими паями на тот момент, продала 1774 пая Киселёву В.Ю. и 1774 пая ФИО20 М.В., чтобы они в равных долях увеличили уставной капитал. После чего ФИО20 М.В. и Киселёв В.Ю. провели отчуждение этих паёв «ФИО3» на его собственный счёт путем списания, т.е. сделали взнос в уставной капитал. Это с точки зрения того, как был увеличен уставной капитал. С точки зрения депозитария это была операция списания паёв со счетов ФИО20 М.В. и Киселёва В.Ю., и последующее зачисление на собственный счёт компании «ФИО3».

Киселёв вызвал его в кабинет, где был ФИО20, они передали ему (Сягаеву) договор купли-продажи паёв, Centela Trade Ltd продавала 1774, подписанный между Centela и ФИО20 М.В., и такой же договор, подписанный между Centela и Киселевым В.Ю. После чего он пошел в свой кабинет, подготовил поручения, необходимые для совершения данной операции, отнес их на подпись, их подписали, он не присутствовал в момент подписания. Там два документа. Один документ на списание, его подписывает Centela Trade Ltd, так как она была владельцем этих паёв, его подписывал законный представитель, кто конкретно, он не помнит, и поручение на зачисление. Его подписывал ФИО20 М.В. Аналогичный пакет документов был и у Киселёва ФИО39 на списание и поручение на зачисление- это то же самое, что банковское поручение на перечисление денежных средств. Аналогичное поручение готовится в депозитарии. Чтобы депозитарий провел операцию, в данном случае Centela перевела ФИО20 М.В. 1774 пая, Centela должна подать поручение на списание паев и зачисление их на счёт ФИО20 М.В., а ФИО20 М.В. должен подать поручение на зачисление этих же 1774 пая и на списание их со счёта Centela. Обычно поручения хранятся в депозитарии, в данном случае Сягаев снял копии с поручений, потому что оригиналы поручений требовались в налоговой, для того чтобы в дальнейшем сделать увеличение уставного капитала. Копии оставил в депозитарии. Оригиналы поручений нужны были для дальнейшей подачи в налоговую, т.е. с них должны были снять нотариальные копии и подать в налоговую. Обычно в депозитарии хранятся подлинники, в этом случае подлинники были нужны и необходимы для предоставления в налоговую.

С точки зрения законодательства и конкретного Федерального закона о рынке ценных бумаг, (ст. 28 и ст. 29), основанием для перехода права собственности на ценные бумаги является приходная запись по счёту ФИО58 и в дальнейшем выданный по этой приходной записи отчет. Соответственно, договор – это всего лишь договор о намерениях. То есть то, что стороны заключили договор между собой, еще не значит, что по данному договору прошла поставка ценных бумаг и оплата. Чтобы прошла поставка ценных бумаг по этому договору, и чтобы собственником ценных бумаг стал покупатель в рамках договора, продавец должен предоставить поручение на списание, покупатель предоставляет поручение на зачисление. После чего в депозитарии делается расходная запись по счёту продавца, приходная запись по счёту покупателя, что и является законным подтверждением владения ценными бумагами и перехода на них права собственности. Право собственности на бездокументарные ценные бумаги подтверждается двумя вещами. Первая вещь – это запись в базе данных, но это как-бы невещественное. А вещественное – это отчёт, который выдаёт депозитарий после проведения операции. Соответственно, в отчете показано, с чьего счёта списались ценные бумаги, на чей счёт они зачислились, количество, дату и все прочие данные. Этот отчёт, как свидетельство, выдаётся в обязательном случае собственнику этих ценных бумаг. Именно отчёт об операции – он показывает, с кого и на кого зачислилось, как был совершен переход права собственности. Выписка подтверждает наличие ценных бумаг на счёте ФИО58. Документооборот ещё до того, как Сягаев пришел работать в ООО «ИК «ФИО3», был сделан так, что все отчёты, выписки и документы, исходящие из депозитария, подписывались генеральным директором, т.е. Киселевым В.Ю. Соответственно, ФИО20 М.В. не мог подписать такой отчёт, потому что он не являлся генеральным директором, он являлся собственником, но не генеральным директором. Представленная Сягаеву на обозрение копия в т.1 л.д.9 из гражданского дела №, сделана полностью по форме депозитария ООО «ИК «ФИО3», именно такие документы готовились им в депозитарии. Операция по списанию и зачислению паёв отражается в базе депозитария ООО «ИК «ФИО3». База ведется в программе 1С. Насколько Сягаев помнит, данную проводку проводил он, но так как на тот момент он ещё не числился официально в депозитарии, она проходила под учётной записью начальника депозитария. Какие-то операции начальник депозитария делал лично, какие-то, когда у него были другие дела, которые требовали его внимания и времени, он просил сделать Сягаева, потом за ним проверял. Проводилась ли оплата по договору купли-продажи, на основании которого была провели операция перевода на ФИО20 1774 паев, ему неизвестно. Документ, подтверждающий оплату, для того чтобы провести эту операцию, не является обязательным. Депозитарий – это коммерческая организация, комиссия за определенные операции – это ряд её доходов. В данном случае комиссия списывается с инициатора операции, т.е. когда Centela переводила паи ФИО20 и Киселёву, комиссия была взята с Centela. В последующей операции, когда ФИО20 и Киселёв переводили паи ООО «ИК «ФИО3», комиссия была взята с них. Это отражается в 2 источниках. Во-первых, в базе 1С депозитария это можно сформировать и увидеть комиссии за декабрь 2012 года, а также, так как в дальнейшем эти комиссии оплачивались, они отражаются в бухгалтерии. Комиссия снимается только в том случае, если была осуществлена проводка. Компания ООО «ИК «ФИО3» за 2012-й год проходила аудит примерно в начале 2013 года. Так как ООО «ИК «ФИО3» являлась профессиональным участником рынка ценных бумаг, то по закону данное общество не могло не проходить аудит, иначе бы у него отозвали лицензию. Результатом аудиторской проверки может быть только то, что компания либо прошла аудит, либо не прошла аудит, так как компания существовала до 2014 года включительно, значит за 2012 год она прошла аудит. Сягаев уволился в декабре 2014 года по собственному желанию, потому что в этот момент начался конфликт между владельцами компании ФИО20 М.В. и Киселёвым В.Ю., ему не хотелось участвовать в данном конфликте. Киселев разрешил ему сразу же уволиться, не отрабатывая 2 недель. Дальше даже некоторых сотрудников не пускали в офис, потому что ФИО20 сменил охрану, обстановка стала ещё хуже. Представленная ему на обозрение в т.2, л.д.222 копия договора купли-продажи, заключенного между ФИО20 и ФИО7, содержит не совсем верные реквизиты. Внизу в конце договора указан междепозитарный договор 2857/ДМС-0. Это междепозитарный договор между ООО «ИК «ФИО3» и Национальным расчетным депозитарием. Данный договор – это договор между ООО «ИК «ФИО3» и Национальным расчетным депозитарием. НКО ЗАО НРД, если сокращенно. НКО – небанковская кредитная организация, ЗАО – закрытое акционерное общество, НРД. На момент увеличения уставного капитала паи, являющиеся предметом договора, хранились не там. Паи хранились в первом специализированном депозитарии - ЗАО ПРСД. Это реквизиты другого места хранения. В данном месте хранения на тот момент не было этих паев. Паи были эмитированы, то есть, были выпущены в Первом специализированном депозитарии, и все хранились в нём. Данная операция не могла быть проведена в другом депозитарии. НКО ЗАО НРД – это другой депозитарий. Это договор, по которому операция в принципе не могла пройти. Паи «Земли Подмосковья» изначально были выпущены в ПРСД, и весь этот паевой фонд хранился в депозитарии ООО «ИК «ФИО3». В другом депозитарии операция с этими паями не могла пройти. А ООО «ИК «ФИО3», в свою очередь, хранил их в ЗАО ПРСД, это как-бы система из депозитариев. Все операции вначале проводились в «ФИО3», а операции, которые были внешние, то есть, в данном случае это, например, списание с Киселёва В.Ю. и с ФИО20 М.В. на собственный счёт «ФИО3», они проходили в ЗАО ПРСД. А здесь указан междепозитарный договор НКО ЗАО НРД. Там на тот момент этих паёв не было. В данной организации паи хранились позже, когда были выведены на биржу, примерно с начала ДД.ММ.ГГГГ. Они в какой-то момент начали торговать на бирже, а для торговли на бирже их нужно было вывести в НКО ЗАО НРД, потому что НКО ЗАО НРД – это биржевой депозитарий. Это депозитарий, с которым работает Московская биржа.

     Таким образом, в указанном договоре от ДД.ММ.ГГГГ указаны более поздние реквизиты, которые, имели место позже. Сам договор купли-продажи, заключенный между ФИО20 и ФИО7, который имеется в материалах уголовного дела: том 2, страница 222, он ранее не видел, в депозитарий «ФИО3» он не предоставлялся. К данному договору обязательно должен быть отчет, который и является подтверждением права собственности.

- показаниями специалиста ФИО40 в судебном заседании, согласно которым она имеет высшее финансовое образование, работает аудитором в Компания ООО «Аудит Консалт ХХ1». Подсудимого и потерпевшего по настоящему уголовному делу не знает. ДД.ММ.ГГГГ был подписан договор на оказание услуг с адвокатом Соколовым, который принес электронные базы, и они начали исследование. Базы изначально перед тем, как она приступила к исследованию, исследовали технические специалисты на предмет, не внесены ли в эти базы какие-то изменения более поздними датами, например в 2019 году с целью фальсификации. После этой проверки, что базы не подверглись изменению, она их анализировала с финансовой точки зрения. Ей было предоставлено 3 базы, она как специалист по запросу адвоката ФИО53 проводила проверку Депозитарной база ООО «Инвестиционная компания «ФИО3» на наличие операции по зачислению права на ценную бумагу на имя приобретателя ФИО20 М.В., в базе ФИО58 депозитария ООО «ИК «ФИО3» эта операция имеет место, существует. Заключение она сама лично писала ДД.ММ.ГГГГ. Перед ней были поставлены 5 основных вопросов. Первое – определить наличие проводки в депозитарной базе инвестиционной компании «ФИО3», в декабре 2012 года по счёту ФИО58 компании Centela Trade, а именно перевода 1774 пая «Земли Подмосковья» под управлением «ФИО6» на счёт ФИО20 М.В. Подтвердить, что запись по счёту ФИО58 имеется. Второй вопрос – определить наличие проводки опять в депозитарной базе Инвестиционной компании «ФИО3» в декабре 2012 года по счёту ФИО58 Свидетель №2, подтвердить, имеется ли эта запись или нет. Определить и подтвердить отчет из депозитарной базы Инвестиционной компании «ФИО3» по всем операциям за декабрь 2012 года с паями на имя Свидетель №2. Третье – определить, подтвердить в бухгалтерской базе, бэк-офисе и депозитарных базах операции, сделанные для увеличения уставного капитала. Было три базы – бэк-офис, депозитарная и бухгалтерская. Их нужно было проанализировать все и понять, есть ли какие-то между ними взаимодействия. Именно по таким фамилиям и приобретателям, как ФИО20, Свидетель №2 и непосредственно всё, что там творилось с «Centela Trade» и этими паями. После проведения исследования было установлено, что имеется проводка в депозитарной базе ИК «ФИО3» в декабре 2012 года по счёту ФИО58 компании «Centela Trade», а именно перевод 1774 пая «Земли Подмосковья», что подтверждается операцией за номером 9838 и поручением от ДД.ММ.ГГГГ, т.е. подтверждается операция перехода права собственности бездокументарно, минуя ценную бумагу, на имя приобретателя ФИО20 М.В. Дальше проводилась проверка в депозитарной базе, имелась ли проводка по счёту ФИО58 Свидетель №2 на счёт ФИО20 М.В. Она не подтвердилась. Счёт Свидетель №2 вообще в депозитарной базе отсутствовал. Также был вопрос определить и подтвердить отчёт из депозитарной базы по всем операциям за декабрь 2012 года с паями «Земли Подмосковья» по Свидетель №2 Ответ-не представляется возможным по причине, что в депозитарной базе информация по всем операциям за декабрь 2012 года с паями по Свидетель №2 вообще отсутствует. Эти базы депозитарные и бэк-офис имеют специфику именно по деятельности касательно движения ценных бумаг. Дальше сопоставлялась бухгалтерская база, которая ещё лишний раз подтверждает, что если имелись какие-либо операции в депозитарной базе, то в бухгалтерском учете, в бухгалтерской базе отражены уже услуги депозитария по следующим клиентам - «Centela Trade», Потерпевший №1 и Киселёв ФИО18. Если бы что-то было по Свидетель №2 в депозитарной базе, то в бухгалтерской базе были бы услуги депозитария. По Свидетель №2 они и в бухгалтерской базе отсутствовали. Также был вопрос по поводу отражения в бухгалтерской базе и движения ценных бумаг по поводу увеличения уставного капитала на сумму 354 миллиона. После исследований всех трёх учётных баз по увеличению капитала установлено, что перевод со счёта ФИО58 «Centela Trade» на счёт Киселева подтверждается в базе депозитарной и в базе бэк-офис. Перевод со счёта «Centela Trade» на счёт ФИО15 подтверждается в базе депозитария, в бэк-офисе по депоненту данные отсутствуют. И списание со счёта депо Киселева В.Ю. на счёт ФИО58 ИК «ФИО3» 1774 пая «Земли Подмосковья» под управлением Управляющей компании «ФИО6» подтверждается в базе депозитарной и базе бэк-офиса касательно Киселёва. Списание со счёта ФИО20 М.В. на счёт ФИО58 «ФИО3» 1774 пая «Земли Подмосковья» подтверждается в базе депозитария, в базе бэк-офиса по депоненту данные отсутствуют. Она не могла определить, почему в программе бэк-офиса отсутствуют эти операции. Бухгалтерская база подтвердила, что по ФИО20 и Киселеву были операции, потому что они в бухгалтерской базе признали свои как-бы доходы. Они, например, предъявляют всем депозитариям за свои услуги, грубо говоря, расчётно-кассовое обслуживание выставляют. Подтверждение перехода ФИО20 – Киселёв есть.

     В бухгалтерской базе, где сводятся все необходимые данные, подтверждается, что в декабре 2012 года произведено увеличение уставного капитала на сумму 354 миллиона. Вклады учредителей в уставной капитал были внесены ценными бумагами. Других вопросов перед ней не ставилось. Право на именную бездокументарную ценную бумагу подтверждается именно внесением приходной записи по счёту ФИО58 выгодоприобретателя ценной бумаги. У физического лица это подтверждается выпиской по счету. Договор представляет собой только лишь бумагу, подтверждающую взаимоотношения с реестродержателем ценных бумаг, и только лишь выписка подтвердит это. Бэк-офис – это как хронология операций, которые проводятся в базе депозитарной. В бэк-офисе работают сотрудники определенных направлений. В депозитарную базу проводятся все необходимые операции по списанию и зачислению всех движений по ценным бумагам. Дальше из этих двух баз всё сливается в бухгалтерию. Это трехступенчатая вещь. Если в депозитарной базе можно увидеть конкретно сколько, количество, стоимость и так далее, то в бухгалтерской базе эти данные уже обобщённые.

Она проанализировала 3 базы, бухгалтерскую базу, бэк-офис и депозитарную базу. И потом всё сопоставляла между этими базами. После того, как провела работу с рабочими материалами, она его отработала и вернула на фирму, которая привлекала ее, как специалиста.

- заключениями комплексной судебной финансово-технической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительной судебной финансово-технической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которых базы Депозитария, Бэк-офиса, Бухгалтерии, представленные Киселевым В.Ю. и изъятые сотрудниками правоохранительных органов из офиса ООО «ИК «ФИО3» в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ, в каталогах «Depo82» и «QuadroBuch82» имеют схожий размер; в каталогах « BackOffice81» и «BackOffice_New_111005» имеют различный размер 3958702080 и 3958816768 байт. Сравнение проводилось по операциям. Сверкой оборотно-сальдовых ведомостей по сч.75.01 за декабрь 2012 года в базах, содержащихся на USB-флеш накопителе Transcend 16 gb и накопителе на жестком магнитном диске « Seagate» расхождений не выявлено.

Депозитарий ООО «ИК «ФИО3» вел учет операций по ценным бумагам с наименованием «ЗПИФ рентный «Земли Подмосковья». В базе 1С Депозитарий в декабре 2012 года отсутствует операция по переводу со счета ФИО7 ФИО25 1774 паев ЗПИФ рентный "Земли Подмосковья» на счет Потерпевший №1, также отсутствуют какие-либо операции с паями ЗПИФ рентный "Земли Подмосковья» по счету ФИО8. В Базе 1С депозитарий имеется операция по переводу со счета ФИО58 Centela Trade LTD на счет ФИО58 Потерпевший №1 1774 пая ЗПИФ рентный «Земли Подмосковья» от ДД.ММ.ГГГГ, которая совершена на основании Договора Купли-Продажи (сокращенно ДКП) б/н от ДД.ММ.ГГГГ. В базе 1С Депозитарий были обнаружены 4 операции с ценными бумагами:

- перевод со счета ФИО58 Centela Trade LTD на счет ФИО58 Потерпевший №1 1774 пая ЗПИФ рентный «Земли Подмосковья» от ДД.ММ.ГГГГ, данное поручение создано пользователем Благова в базе 1С Депозитарий ДД.ММ.ГГГГ в 11:37:22

- списание со счета ФИО58 Потерпевший №1 на счет ФИО58 ООО «ИК «ФИО3» 1774 пая от ДД.ММ.ГГГГ, данное поручение создано пользователем Благова в базе 1С Депозитарий ДД.ММ.ГГГГ в 11:57:58

- перевод со счета ФИО58 Centela Trade LTD на счет ФИО58 Киселева Вадим Юрьевича 1774 пая ЗПИФ рентный «Земли Подмосковья» от ДД.ММ.ГГГГ, данное поручение создано пользователем Благова в базе 1С Депозитарий ДД.ММ.ГГГГ в 11:36:15

- списание со счета ФИО58 Киселева Вадима Юрьевича на счет ФИО58 ООО «ИК «ФИО3» 1774 пая от ДД.ММ.ГГГГ. данное поручение создано пользователем Благова в базе 1С Депозитарий ДД.ММ.ГГГГ в 12:16:39.

В базе 1С Бухгалтерия экспертами за декабрь 2012 года были обнаружены начисления комиссий за услуги депозитария по следующим клиентам: Потерпевший №1, Киселев Вадим Юрьевич, Centela Trade LTD.

Каких-либо начислений комиссии за услуги депозитария по ФИО8 в бухгалтерской базе не обнаружено. Более того, контрагент Свидетель №2 в принципе отсутствует в базе бухгалтерии. (т.7, л.д. 166-237, т.8, л.д. 5-81)

        заключением судебной почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой подпись в Договоре купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ, выполнена не самим Киселевым В.Ю., а иным лицом с подражанием подписи Киселева В.Ю. Подпись от имени Киселева признаков намеренного изменения почерка самим Киселевым В.Ю. не имеет. Решить вопрос, кем выполнена подпись от имени ФИО20 М.В, самим ФИО20 или иным лицом, не представляется возможным. (т.7, л.д.62-88)

- показаниями эксперта ФИО54 в судебном заседании, согласно которым в связи с проведением финансово-технической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исследования по вопросу № им установлено, что получить доступ к содержимому базы данных в каталоге 1С ФИО5882, расположенном на жестком диске, без знания паролей, не предоставляется возможным, то есть обязательна авторизация. В Депозитарий войти не смогли, так как у экспертов нет программного обеспечения. Производился анализ сравнения баз по содержимому, а также методом использования инструментария. Можно сравнить условно по содержимому базы, можно ее бинарно сравнить. Найти различия по содержимому, то есть по записи, можно только, раскрыв базы данных. Без Депозитария сравнивались просто два файла. То есть, БД 1С - она хранится в файле определенного расширения, который хранит помимо своих данных, сведения об учетных записях, агрегированный набор информации. Далее он непосредственно использовал программу, которая бинарно их начинает сравнивать. То есть, условно можно в двоичном коде любую программу просмотреть. Если они абсолютно идентичны, то при сравнении результат будет, что файлы абсолютно одинаковы. В данном случае при запуске этого автоматического сравнения программа выдала, что файлы различаются. Если в одной из баз будет на одну букву или цифру больше, то программа выдает неидентичность. Наличие до байта одинаковых баз не говорит о том, что они одинаковые, в силу конкретного примера. Дело в том, что есть другие базы до байта идентичные. Но при этом они не совпадают. Не совпадают они именно по одному критерию, у них разные пароли пользователей. Можно предположить, что пароли кодируются для того, чтобы нельзя их было раскрыть. Таким образом, разные пароли будут закодированы одним и тем же количеством символов. Поэтому изменение пароля не изменяет его размер. Если пароль различен, то программа выдает результат - не идентичны. Если буква лишняя, или там точечка - не идентичны. При предоставлении программы для Депозитария эксперты ответили на все вопросы по данной экспертизе.

Первичным является поручение, в рамках его создается проводка, то есть операция. В системе видно поручение, как первичный источник, внутри него есть структура, выписка и операция с ценными бумагами, есть скриншоты этих операций. Система фиксирует, что что-то было, она идентифицирует как «изменение». Это система определяет сама. Она как написана, так она и действует. В чем изменения, она дальше не ведет никакой учет, просто она говорит, что было изменение, пишет данные. То есть, изменения в данных. Что было изменено, нельзя установить. Если мы даже подтвердим, что технически система ведет запись об изменении по двум кнопкам, это “Ок” и “Запись”, мы все равно не сможем понять. То есть, условно, кто-то может сказать: “Я ничего не изменил, нажал просто “Ок”, но при этом это абсолютно эквивалентно, что кто-то взял все изменил, нажал “Запись”. То есть, этот эксперимент, даже если он подтвердит, что запись в журнале по операциям по двум кнопкам действительно одинаковая, результата не даст относительно какие изменения были внесены, и были ли изменения.

Если бы удаляли операцию или поручение, видно было бы, потому что остается статус – «Пометка на удаление». По поручениям таких пометок не было.

- показаниями эксперта ФИО55 в судебном заседании, согласно которым ею дано заключение по финансово-технической экспертизе от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительной финансово-технической экспертизе от ДД.ММ.ГГГГ, как экспертом по финансовым вопросам. За декабрь 2012-го года бухгалтерские базы сверила по оборотно-сальдовой ведомости, по общей, они были идентичны. А базы бэк-офиса, так как были запрошены конкретные операции, она проверила внутренний регистр учета, конкретные ценные бумаги за конкретный период, и отчет клиента. Вот эти документы совпали по бэк-офису и по бухучету только в рамках исследуемого вопроса. В исследуемом периоде было погашение задолженности учредителей, которую погасили Киселев и ФИО20. В базе содержатся только такие операции. Возможно, сама задолженность возникла до исследуемого периода. Там же вопрос был конкретно в декабре 2012-го года, что происходило с паями и с конкретными контрагентами. По 8-му вопросу экспертизы касательно ФИО20 списание со счета ФИО15 М.В. на счет «ФИО3» применительно в бухгалтерской базе был перевод, страница 31, на ней есть скрин карточки 75-го счета, это задолженность учредителя по вкладу в уставный капитал. И на ней есть операция погашения этой задолженности паями ЗПИФ «Земли Подмосковья», на сумму 177 млн 400 тысяч рублей по ФИО20. Задолженность образовалась раньше, а погасили в декабре 2012-го года, при этом в базе бэк-офиса такой операции нет. Это регистры электронного учета. Она только исследовала содержимое. Договора с ФИО20 отражались в базе 1С бэк-офис, начиная с 2013-го года, на странице 44 есть скрин с договорами, привязанными к контрагенту ФИО20 в этой базе. Не заведено по этому контрагенту договоров в декабре 2012-го года, не были конкретно в базе бэк-офиса предоставлены. По клиенту Киселеву В.Ю. в декабре 2012-го имеются операции по зачислению и списанию паев с закрытого ПИФа «Земли Подмосковья», в количестве 1774 штуки. Первоначально не было доступа в депозитарий, потому что не было программного продукта. В рамках поставленных вопросов дополнительной экспертизы в двух базах расхождения не выявлены. Две депозитарные базы, одна на жестком носителе, одна на флеш-накопителе. Она посмотрела, что нет расхождений, и пользовалась базой на жестком носителе, потому что она была изъята следователем, и она первична. Сделан отчет по счету ФИО58 проверяемых контрагентов за декабрь 2012-го года. В депозитарной базе она смотрела поручения, на основании поручений были проведены операции с ценными бумагами, и это нашло свое отражение в журнале поручений и в журнале операций. Поручение на списание со счета ФИО58 - это первоначальный документ, на основании которого проводится операция с ценными бумагами. По клиенту и контрагенту Свидетель №2 в декабре 2012-го года не найдено никаких операций с ценными бумагами паями ЗПИФа «Земли Подмосковья» У него вообще нет операций с ценными бумагами в этом периоде ни с какими, не только с этими паями. Она делала и конкретный отбор по паям закрытого фонда ЗПИФ “Земли Подмосковья” за декабрь 2012 года. И по движению, по счету его ФИО58 операций нет. Эта база электронного учета операций. Для неё достоверным является то, что соответствует нормативной базе. Нормативной базе соответствуют первичные документы с подписью, печатью, либо документы с электронной подписью. Электронные регистры учета только в очень крайних случаях принимаются достоверными. Причем, не ограничено. Есть такое положение, но оно в федеральном законе о бухгалтерском учете, что электронные регистры учета принимаются, только если они изъяты в соответствии с законодательством РФ. То есть, вот бухгалтерскую базу достоверной она может считать только ту, которая изъята следователем, но она не видела документов об изъятии, если они в соответствии с законодательством, то она здесь может принимать как достоверную только бухгалтерскую базу, изъятую следователем. Поэтому весь вопрос о достоверности некорректен. Доверенность от Centela была на Ануфриева, от Centela к ФИО20, от Centela к Киселеву, по доверенности от Ануфриева. Затем Киселев указано действовал лично, а ФИО20 – не указан способ.

В судебном заседании были исследованы материалы дела гражданского дела № (2-1024/2015)

- копия отчета о выполнении депозитарной операции № по счету ФИО58 № Ю400001 «Centela Trade» на счёт ФИО15 по ДКП от ДД.ММ.ГГГГ 1774 пая (т.1, л.д.9)

- копия договора купли-продажи ценных бумаг от ДД.ММ.ГГГГ б/н, согласно которому ФИО20 М.В. приобрел у ООО «Сентелла ФИО21 лтд» 1774 пая закрытого ПИФА «Земли Подмосковья» стоимостью 180 238 400,0 руб. (т.1, л.д.13-14)

- копия доверенности, выданной от ООО «УК «ФИО3» на ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ сроком на 5 лет. (т.1, л.д.25)

- заочное решение по делу 2-1024/2015 о взыскании с ФИО20 М.В. в пользу ООО «УК «ФИО3» 180 298 400,0 руб. (т.1, л.д.251-253)

- определение суда от ДД.ММ.ГГГГ об удовлетворении заявления представителя ООО «УК «ФИО3» об обеспечении иска. (т.1, лд.168)

- определение от ДД.ММ.ГГГГ о частичном удовлетворении заявления представителя ООО «УК «ФИО3» об обеспечении иска о взыскании денежных средств на 180 миллионов (т.1, л.д.227)

- копия исполнительного листа о взыскании с ФИО20 М.В. в пользу ООО «УК «ФИО3» 180 298 400,0 руб. с отметкой о его получении ДД.ММ.ГГГГ ФИО10(т.1 л.д.255)

- заявление ФИО20 М.В. от 02.09.20016 об отмене заочного решения от ДД.ММ.ГГГГ по делу 2-1024/15(т.2, л.д.1)

- доверенность ООО «УК «ФИО3» в лице генерального директора ООО «УК «ФИО3» ФИО51 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО41 на участие в СЗ ДД.ММ.ГГГГ (т.2, л.д.110)

- решение Реутовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в иске ООО «УК «ФИО3» к ФИО20 М.В. о взыскании денежных средств (т.2, л.д.166-167)

- апелляционная жалоба от ДД.ММ.ГГГГ генерального директора ООО «УК «ФИО3» ФИО51 на решение Реутовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу 2-100/17 об отказе в удовлетворении исковых требований ООО «УК «ФИО3» полностью. (т.2, л.д.169-170)

- заявление представителя по доверенности ООО «УК «ФИО3» ФИО42 об отказе от иска в судебном заседании Мособлсуда ДД.ММ.ГГГГ (т.2, л.д.176)

- исполнительный лист с отметкой о его получении ДД.ММ.ГГГГ ФИО61. (т.2, лд.255-256)

- протокол судебного заседания от 31.08.2015с участием ФИО10, рассмотрении дела в порядке заочного производства (т.1, л.д.248-249)

- протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ с участием представителя ответчика ФИО20 М.В.- ФИО48, об отмене заочного решения (т.2, л.д. 50-51),

- протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ с участием представителя истца ООО «УК «ФИО3» ФИО41 и представителя ответчика ФИО20 М.В.- ФИО48 о назначении почерковедческой экспертизы. (т.2, л.д.112-113),

- протокол судебного заседания отДД.ММ.ГГГГ с участием ответчика ФИО20 М.В. и его представителя адвоката ФИО43 об отборе образцов почерка ФИО20. (т.2, л.д.122),

- протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ с участием представителя ответчика ФИО43 об отказе в удовлетворении ходатайства гендиректора ООО «УК «ФИО3» об истребовании документов о движении ценных бумаг и рассмотрении дела по существу с отказом в иске. (т.2, л.д.163-164)

Судом также изучены:

- ответы на судебные запросы Управления Федеральной Службы Судебных Приставов по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, специализированного межрайонного отдела по исполнению отдельных исполнительных действий и розыскных заданий УФССП России по <адрес> (143000, МО, <адрес>) от ДД.ММ.ГГГГ, Балашихинского РОСП (143900, МО, <адрес>) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым исполнительный лист ФС № от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № по иску ООО «Управляющая компания «ФИО3» к Потерпевший №1 о взыскании денежных средств к исполнению не предъявлялся, исполнительное производство не возбуждалось, меры по взысканию денежных средств не принимались (т.4, л.д.53, 191, т.8, л.д.128)

Судом изучены показания свидетеля ФИО37, допрошенного в судебном заседании по ходатайству стороны защиты. Он пояснил:

- в декабре 2012 года учредители ООО «ФИО3» приняли совместное решение об увеличении уставного капитала Общества до 500 млн. рублей ценными бумагами – паями ЗПИФ «Земли Подмосковья» под управлением УК «ФИО6», путем равного взноса в уставный капитал Общества 1774 пая каждым учредителем.

- ФИО37 лично готовил и проверял необходимый комплект документов для подачи в Межрайонную ФНС № по городу Москве, чтобы внести соответствующие изменения, в уставные документы Общества, в том числе договор купли-продажи ценных бумаг между Centela Trade Ltd и ФИО20 М.В.

- на ДД.ММ.ГГГГ ценные бумаги - паи ЗПИФ «Земли Подмосковья» хранились на депозитарных счетах компании Centela Trade Ltd. Поэтому ФИО20 М.В. и Киселев В.Ю. первым шагом должны были приобрести у Centela Trade Ltd необходимое количество паев для последующего взноса их в уставный капитал Общества, что и было сделано.

- ФИО37 лично подготовил для подписания однотипные договора купли-продажи ценных бумаг между Centela Trade Ltd и Киселевым В.Ю. и между Centela Trade Ltd и ФИО20 М.В. Подписантом по данным договорам со стороны компании Centela Trade Ltd выступала компания ООО «ФИО3» в лице ее Генерального директора Киселева В.Ю., в силу того, что Centela Trade Ltd являлась брокерским клиентом ООО «ИК «ФИО3», подписав договор комиссии и затем заявление о присоединение в Регламенту Общества.

- договора купли-продажи между Centela Trade Ltd и Киселевым В.Ю. и между Centela Trade Ltd и ФИО20 М.В., а также протокол собрания учредителей, согласно которому было принято решение об увеличении уставного капитала Общества, были подписаны в его присутствии в кабинете ФИО20 М.В. в офисе ООО «ИК «ФИО3». А затем данные операции были проведены через Депозитарий ООО «ИК «ФИО3».

- в момент подписания данных договоров купли-продажи между Centela Trade Ltd и Киселевым В.Ю. и между Centela Trade Ltd и ФИО20 М.В, оплата по ним произведена не была. А все документы в рамках сделки хранились в офисе ООО «ИК «ФИО3» в юридическом отделе.

Свидетелю ФИО37 на обозрение была представлена копия договора купли-продажи ценных бумаг между Centela Trade Ltd и ФИО20 М.В. (том 1, л.д. 100-101 материалов уголовного дела), посте чего ФИО37 пояснил:

- действительно он готовил договор купли-продажи ценных бумаг между Centela Trade Ltd и ФИО20 М.В., но не тот, что представлен ему на обозрение;

- обратил внимание на некоторые детали, в частности, что он всегда готовит документы в одном стиле, используя шрифт Times New Roman 12. Также он обратил внимание на несоответствие дат в представленному ему на обозрение договоре: сам договор датирован ДД.ММ.ГГГГ, при этом в шапке указано, что компания Centela Trade Ltd действует в лице представителя ООО «ИК «ФИО3» по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ. Более того, в том договоре, который он готовил к данной сделке и в принципе в большинстве других аналогичных договоров, компания Centela Trade Ltd подписывала их не на основании доверенностей, а на основании договора комиссии в рамках присоединения к Регламенту ООО «ИК «ФИО3».

Суд учитывает, что свидетель ФИО10, которая по доверенности представляла ООО «Управляющая компания «ФИО3» в гражданском процессе, в ходе судебного допроса пояснила, каким образом у нее на руках оказалась именно эта версия договора купли-продажи ценных бумаг между Centela Trade Ltd и ФИО20 М.В., а не оригинальная, которую готовил ФИО37 и которая была подписана ФИО20 М.В. и Киселевым В.Ю. в его присутствии.

Судом изучены показания свидетеля ФИО44, допрошенного в судебном заседании по ходатайству защиты. Он пояснил:

-с момента трудоустройства в ООО «ИК «ФИО3» он работал в отделе Депозитария, сдал экзамены на квалификационный аттестат серии 4.0 специалиста рынка ценных бумаг в области депозитарной деятельности (копия аттестата была приобщена в материалы уголовного дела), и затем был повышен до Начальника депозитарного отдела ООО «ИК «ФИО3». Он лично принимал непосредственное участие в осуществлении регистрационных действий с ценными бумагами в декабре 2012 года, когда учредители проводили увеличение уставного капитала Общества.

- в декабре 2012 года учредителями ООО «ИК «ФИО3» было принято решение об увеличении уставного капитала компании для того, чтобы иметь возможность работать с банковским сектором. С этой целью учредители компании Киселев В.Ю. и ФИО20 М.В. ДД.ММ.ГГГГ приобрели у компании Centela Trade Ltd каждый по 1774 пая ЗПИФ «Земли Подмосковья» под управлением УК «ФИО6». После чего ДД.ММ.ГГГГ Киселев В.Ю. и ФИО20 М.В. перевели данные ценные бумаги на собственный счет ФИО58 ООО «ИК «ФИО3», открытый в ЗАО «Первый Специализированный Депозитарий».

- для проведения данных операций ДД.ММ.ГГГГ ФИО44 вызвали в кабинет ФИО20 М.В., где в тот момент находились Киселев В.Ю. и ФИО20 М.В., и они передали ему подписанные договора купли-продажи ценных бумаг - паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» - между Centela Trade Ltd и Киселевым В.Ю. и между Centela Trade Ltd и ФИО20 М.В., попросили подготовить все необходимые депозитарные поручения на списание и зачисление ценных бумаг для проведения данных сделок, что он и сделал.

- все депозитарные операции клиентов ООО «ИК «ФИО3» имели свое отражение в базе 1С Депозитарий. В том числе операции по переводу ценных бумаг паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» также были проведены в базе 1С Депозитарий под учетной записью руководителя депозитария Благовой.

- ФИО44 на обозрение был представлен отчет о выполнении депозитарной операции по счету ФИО58 №Ю400001, согласно которому со счета ФИО58 клиента Centela Trade Ltd на счет ФИО58 клиента Потерпевший №1 было переведено 1774 пая ЗПИФ «Земли Подмосковья» под управлением ООО «УК ФИО6», приобщенный из материалов гражданского дела №, том 1, л.д. 9. Он подтвердил, что именно такой отчет был подготовлен отделом Депозитария после проведения операции по переводу ценных бумаг со счета ФИО58 Centela Trade Ltd на счет ФИО15 М.В. Данный отчет затем был подписан генеральным директором Киселевым В.Ю., как единственным уполномоченным на это лицом в компании.

- согласно законодательству, депозитарий имеет право брать комиссию за свои услуги. Так, согласно ст.7 ФЗ №39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» от ДД.ММ.ГГГГ, депозитарный договор должен содержать условия о размере и порядке оплаты услуг депозитария, предусмотренных договором. Соответственно, после каждой операции по перерегистрации ценных бумаг Депозитарий производит начисление комиссии за свои услуги в размере согласно внутреннему регламенту компании. То есть в операциях, когда Centela Trade Ltd переводила ценные бумаги ФИО20 М.В. и Киселёву В.Ю., комиссия была взята с клиента Centela Trade Ltd. В последующих операциях, когда ФИО20 М.В. и Киселёв В.Ю. переводили паи на собственный счет ФИО58 ООО «ИК «ФИО3», комиссия была взята с них.

- ФИО44 из материалов уголовного дела на обозрение была представлена копия договора купли-продажи ценных бумаг между ФИО7 Е.П. и ФИО20 М.В. от ДД.ММ.ГГГГ (том 2, л.д.222), Сягаев пояснил, что никогда ранее в ходе своей трудовой деятельности в компании ООО «ИК «ФИО3» данного договора не видел, про подобную сделку между ФИО20 М.В. и ФИО7 Е.П. не слышал. Пояснил, что если бы подобная сделка была, то она обязательно бы нашла свое отражение в депозитарной базе компании и по ней был бы сформирован и выдан отчет клиентам.

- ФИО44 обратил внимание на ошибку в реквизитах данного договора. Среди реквизитов для осуществления перехода прав собственности на ценные бумаги указан междепозитарный договор №/ДМС-0 от ДД.ММ.ГГГГ. Это междепозитарный договор между ООО «ИК «ФИО3» и НКО ЗАО «Национальный расчетный депозитарий». Но при этом данные ценные бумаги - паи ПИФ «Земли Подмосковья» - хранились в другом депозитарии – ЗАО «Первый расчетный депозитарий». То есть в данном договоре указаны реквизиты совершенно иного места хранения ценных бумаг. В депозитарии НКО ЗАО «Национальный расчетный депозитарий» данные ценные бумаги начали храниться существенно позже - лишь в 2013 году после вывода их на биржу.

Суд отвергает доводы представителя потерпевшего ФИО20 М.В., которая пыталась скомпрометировать свидетеля ФИО44, приобщив Определение Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и Постановление Девятого Арбитражного Апелляционного суда от ДД.ММ.ГГГГ, в которых идет речь о привлечении ФИО44 к субсидиарной ответственности как контролирующего лица ООО «ИК «ФИО3», считает, что обстоятельства, изложенные в данных судебных актах, не имеют отношения к текущему уголовному процессу, так как согласно текстам Постановлений в них идет речь о периоде после ДД.ММ.ГГГГ, когда ООО «ИК «ФИО3 Квадр ФИО23» не проходила аудит, а исследуемый в рамках данного уголовного дела период – это декабрь 2012 года.

Судом изучены показания специалиста ФИО40, приглашенной на допрос в судебное заседание стороной защиты в качестве специалиста. Она проводила исследование баз данных ООО «ИК «ФИО3» 1С Депозитарий, 1С Бухгалтерия и 1С Бэк-офис, переданных ей стороной защиты. Данное ею экспертное заключение было приобщено к материалам дела. В ходе судебного допроса пояснила, что право на именную бездокументарную ценную бумагу согласно законодательству, подтверждается именно внесением приходной записи по счету ФИО58 приобретателя ценной бумаги. А информация о наличии тех или иных ценных бумаг на счету того или иного клиента подтверждается депозитарной выпиской по счету данного клиента.

Специалист ФИО40 обладает специальными знаниями в области аудиторской, финансовой деятельности, имеет высшее финансово-экономическое образование, квалификацию экономист по специальности «Финансы и кредит», является аудитором с 2004, членом Союза лиц, осуществляющих деятельность в сфере судебной экспертизы и судебных экспертных исследований «Палата судебных экспертов имени ФИО45» (краткое наименование «СУДЕКС»), судебный эксперт по специальностям «Исследование показателей финансового состояния и финансово-экономической деятельности хозяйствующего субъекта» и «Исследование записей бухгалтерского учета».

Судом проанализированы показания свидетеля ФИО10, которая являлась адвокатом Киселева В.Ю., представляла его интересы в рамках уголовного дела №, также на нее Киселевым В.Ю. ДД.ММ.ГГГГ была выдана доверенность от ООО «Управляющая компания «ФИО3». Именно ФИО10 на основании данной доверенности в мае 2015 года, когда Киселев В.Ю. находился в следственном изоляторе № УФСИН Бутырка, подала два исковых заявления в Реутовский городской суд <адрес>, в т.ч. о взыскании с ФИО20 М.В. задолженности по оплате приобретенных ФИО20 М.В. у компании Centela Trade Ltd паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» под управлением УК «ФИО6» в количестве 1 774 штуки в размере 180 238 400 рублей (второе заявление). Познакомилась с Киселевым В.Ю. в ноябре 2014 года, проконсультировала его относительно возможности подачи исковых заявлений в отношении ФИО20 М.В. по неисполненным им обязательствам и объяснила, что для составления исковых заявлений ей необходимо лично ознакомиться со всеми подтверждающими документами. Киселев В.Ю. при следующей встрече в декабре 2014 года передал ей доверенность от ООО «Управляющая компания «ФИО3» на ее имя за своей подписью как генерального директора, но документов никаких передать не смог, объяснил, что все документы хранятся в офисе компании ООО «ИК «ФИО3» (по адресу <адрес>, стр. 1), но в данный момент ему ограничен туда доступ ФИО20 М.В., затем пропал со связи, так и не передав никаких документов. И только в апреле 2015 года ФИО10 узнала, что ДД.ММ.ГГГГ Киселев В.Ю. был арестован и помещен в СИЗО, именно поэтому он полностью пропал со связи.

- В апреле 2015 года ФИО10 позвонила супруга Киселева В.Ю. – ФИО22 Ю.В., которая передала ей просьбу Киселева В.Ю. о подаче исковых требований к ФИО20 М.В., о которых Киселев В.Ю. проговаривал с ней в декабре 2014 года, что Киселев В.Ю. так и смог до момента своего ареста забрать необходимые документы из офиса компании ООО «ИК «ФИО3» и просила ФИО10 попробовать это сделать самой на основании доверенности от Киселева В.Ю.

- ФИО10 позвонила в ООО «ИК «ФИО3», представилась, у нее взяли ее обратный номер телефона для связи, а затем через пару дней ей перезвонили, сказав, что есть какие-то документы по ООО «Управляющая компания «ФИО3», и ФИО10 попросила оказать ей услуг и доставить эти документы курьером в ее офис, что и было сделано.

- На основании полученных из офиса компании ООО «ИК «ФИО3» документов ФИО10 составила 2 исковых заявления и в мае 2015 года подала их в Реутовский городской суд <адрес>, приложив к ним копии с оригиналов тех документов, которые ей были переданы и имели отношение к данным искам. Отвечая на вопрос представителя ФИО20 М.В., был ли договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ей передан в подлиннике, она пояснила, что на всех документах стояли печати синего цвета, в связи с чем она была уверена, что и данный договор тоже был в подлиннике, однако достоверно сейчас сказать она не может, так как у нее на руках не осталось данных документов.

- Впоследствии в мае 2015 года ФИО22 Ю.В. заключила с ФИО10, как с адвокатом, соглашение о защите Киселева В.Ю. в рамках уголовного дела №. Впервые ФИО10 попала с Следственный Изолятор № Бутырка к Киселеву В.Ю. только в июне 2015 года, то есть спустя месяц после подачи данных исковых заявлений в Реутовский городской суд <адрес>. Она сообщила Киселеву В.Ю., что ей удалось получить документы из офиса ООО «ИК «ФИО3», на основании которых она подала исковые заявления. Она не показывала ему документы, которые приобщила к исковым заявлениям, она показала ему исключительно тексты самих исковых заявлений.

Эти показания свидетеля ФИО10 свидетельствуют о том, что Киселев В.Ю., уполномочивая ее подать исковые заявления в отношении ФИО20 М.В., не знал и не мог знать, что договор, который был приложен к пакету документов, был подделан. Если бы он увидел его до момента подачи иска, то он мог бы сразу понять, что это не тот самый оригинальный договор, который они подписывали с ФИО20 М.В. ДД.ММ.ГГГГ и что на нем подделана подпись самого Киселева В.Ю. Свидетель ФИО10 пояснила, что она не исследовала и не оценивала данный договор на предмет фальсификации, так как еще при личной встрече в декабре 2014 года Киселев В.Ю. сказал, что подобный договор был.

- пребывая в СИЗО, Киселев В.Ю. никакие документы, касаемо данного гражданского процесса, ФИО61 не передавал и не подписывал; исковые заявления подписывала она лично, так как на это у нее были полномочия в рамках выданной ей доверенности Киселевым В.Ю. ДД.ММ.ГГГГ (когда он еще находился на свободе).

- после вынесения заочного решения по иску о взыскании задолженности по оплате приобретенных ФИО20 М.В. у компании Centela Trade Ltd паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» под управлением УК «ФИО6» в количестве 1 774 штуки, ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ получила исполнительный лист, сообщила об этом Киселеву В.Ю., на что получила от него поручение не предъявлять исполнительный лист к исполнению, не возбуждать исполнительное производство в отношении ФИО20 М.В. и не участвовать более в данном процессе, а просто оставить у себя хранить все документы.

- ее не извещали о дальнейших судебных заседаниях, в ходе которых заочное решение суда было отменено. Когда в 2017 году ей позвонил следователь и сообщил, что от ФИО20 М.В. подано заявление о фальсификации некоего договора, она ответила, что в силу закона об адвокатской тайне она не может давать какие-либо пояснения без разрешения клиента. Адвокатская практика заключается в том, что первоначальные документы, на основании которых составляется исковое заявление, адвокату передает клиент. Однако она не уточняла, что конкретно эти документы ей были переданы Киселевым В.Ю. лично.

Довод представителя потерпевшего адвоката ФИО52 о том, что показания свидетеля ФИО10 противоречат показаниям свидетеля ФИО34, судом отклоняется, как несостоятельный, т.к. свидетель Волченков пересказал сообщенную ему по телефону ФИО61 информацию «что ей доверитель дал, тем она и оперировала», что никак не противоречит показаниям в суде свидетеля ФИО61 об обстоятельствах получения и предъявления суду копии договора от ДД.ММ.ГГГГ.

Оценивая приведенные выше доказательства, суд отмечает, что показания свидетелей ФИО10, ФИО37, ФИО44, специалиста ФИО40, экспертов ФИО54 и ФИО55, а также показания подсудимого Киселева В.Ю., данные ими всеми в суде, логичны и соответствуют друг другу, а в совокупности с указанными выше материалами дела устанавливают одни и те же факты, доказывающие невиновность подсудимого. Суд отмечает, что показания специалиста Рождественской и экспертов ФИО54 и ФИО55 не противоречат другу другу.

Таким образом, в судебном заседании было установлено:

- почерковедческие экспертизы подтвердили, что подпись от имени Киселева В.Ю. в договоре купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ, который заключен между «СЕНТЕЛА ФИО21 ЛТД» и ФИО20 М.В., выполнена не самим Киселевым В.Ю.; подпись от имени ФИО20 М.В. выполнена не самими ФИО20 М.В., а другим лицом, с подражанием подписи ФИО20 М.В.;

    - свидетель ФИО10 подтвердила, что этот договор передавал ей не Киселев В.Ю., а он был передан ей курьером из офиса ООО «ИК «ФИО3» в апреле 2015 года, в котором на тот момент из учредителей указанной организации находился лишь ФИО20 М.В.;

    - Киселев В.Ю. в момент передачи документов ФИО10 находился в следственном изоляторе № Бутырка;

    - свидетель ФИО46 подтвердил, что оригинальный договор между Centela Trade Ltd и ФИО20 М.В. подписывался лично ФИО20 М.В. и Киселевым В.Ю. в его присутствии, а затем хранился в офисе компании ООО «ИК «ФИО3»;

    - свидетель ФИО44 подтвердил факт перечисления ценных бумаг по оригинальному договору между Centela Trade Ltd и ФИО20 М.В.

Кроме того, судом были исследованы доказательства, приведенные стороной защиты:

- копия протокола допроса свидетеля ФИО20 М.В. от ДД.ММ.ГГГГ из материалов уголовного дела №, предоставленная по запросу Пресненским районным судом <адрес>, согласно которому ФИО20 М.В. на дату допроса работает в ООО «Мосинвест», директор по развитию, приобщил к своему допросу сведения о сотрудниках ООО «ИК «ТКС» по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ: в настоящее время в ООО «ИК «ТКС» работает несколько сотрудников, в числе таковых ФИО5 К.А., Свидетель №2, … Указанные лица числятся в компании ООО «Мосинвест», которая занимается покупкой ценных бумаг. У ООО «Мосинвест» лицензии на осуществление деятельности, связанной с ценными бумагами, не имеется, данная деятельность ведется через брокеров, у которых имеются соответствующие лицензии.(т.4, л.д.56-58)

- решение Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №А54-2928/2016 о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя Киселева Вадима Юрьевича. (т.4, л.д.60-63)

Данное решение не свидетельствует о взаимосвязи между признанием Киселева В.Ю. несостоятельным (банкротом) и причинами непредъявления Киселевым В.Ю. ко взысканию исполнительного листа в отношении ФИО20 М.В. Представитель потерпевшего в судебном заседании утверждала, что Киселевым В.Ю. не был предъявлен ко взысканию исполнительный лист не в связи с его отказом от доведения преступления до конца, а по причине того, что это было нецелесообразно Киселеву В.Ю. По ее версии, так как Киселев В.Ю. был признан банкротом, то денежные средства, которые он мог бы взыскать по исполнительному производству с ФИО20 М.В., получили бы кредиторы Киселева В.Ю., а не он лично. Решение о взыскании с ФИО20 М.В. 180 238 400 рублей было вынесено ДД.ММ.ГГГГ. А заявление о признании ИП Киселева В.Ю. несостоятельным (банкротом) было подано кредитором лишь ДД.ММ.ГГГГ и только ДД.ММ.ГГГГ, как это следует из решения Арбитражного суда <адрес>, Киселев В.Ю. был признан банкротом. Таким образом, срок с момента вынесения решения о взыскании с ФИО20 М.В. денежных средств до момента подачи кредитором заявления о банкротстве Киселева В.Ю. составил более 9 месяцев. И ничего не мешало Киселеву В.Ю. за эти 9 месяцев возбудить в отношении ФИО20 М.В. исполнительное производство, если бы он этого хотел. Тем более, что решение суда от ДД.ММ.ГГГГ было отменено лишь ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, взыскателем по решению суда от ДД.ММ.ГГГГ 180 238 400 рублей с ФИО20 М.В. было юридическое лицо ООО «Управляющая компания «ФИО3». Согласно закону, юридические лица не отвечают по обязательствам физических лиц. Исключение составляет договор поручительства, которого в данном случае не было. При таких обстоятельствах позиция стороны потерпевшего относительно мотивов отказа Киселева В.Ю. от предъявления исполнительного листа ко взысканию является надуманной, носит характер предположения, опровергается доказательствами и противоречит действующему законодательству.

Так, если бы денежные средства и были взысканы с ФИО20 М.В., то они бы поступили на счет юридического лица ООО «Управляющая компания «ФИО3», в котором лично Киселеву В.Ю. принадлежит доля в размере лишь 0,1%. Поэтому мотивация представителя ФИО20 М.В. о том, что взысканные денежные средства были бы моментально переданы в личное банкротство Киселева В.Ю. не выдерживает никакой критики, потому что юридическое лицо ООО «Управляющая компания «ФИО3» и физическое лицо Киселев В.Ю.– это разные хозяйствующие субъекты, в том числе и по исполнительному производству.

В ходе допроса Киселев В.Ю. пояснил, что основным мотивом для прекращения каких-либо судебных и исполнительных тяжб с ФИО20 М.В. стали угрозы со стороны самого ФИО20 М.В. в отношении жизни и здоровья Киселева В.Ю. и членов его семьи.

- заключение специалиста от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому эксперт ООО «Компания-ПРОФАУДИТ» ФИО40 провела исследование баз данных ООО «ИК «ФИО3» 1С Депозитарий, 1С Бухгалтерия и 1С Бэк-офис, переданных ей стороной защиты. Наличие проводки в депозитарной базе «ООО «ФИО3» в декабре 2012 года по счету ФИО58 компании, а именно перевода 1774 пая ЗПИФ «Земли Подмосковья» по управлением «УК ФИО6» на счет ФИО20 М.В. подтверждается операцией « 0000009838Поручением № от ДД.ММ.ГГГГ (о списании) и Поручением № от ДД.ММ.ГГГГ (о зачислении). Установлено отсутствие проводки по счету ФИО58 Свидетель №2 на счет ФИО20 М.В. В бухгалтерской базе подтверждается, что в декабре 2012 года произведено увеличение уставного капитала на сумму 354800000 руб. (т.4, л.д.93-112)

- заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому по заказу ООО «Компания-ПРОФАУДИТ» проведено экспертное исследование электронной копии бухгалтерской, бэк-офиса, депозитарной баз ООО «ИК «ФИО3», согласно которому проводки базы данных ФИО5882:

- перевод со счета ФИО58 Centela Trade LTD на счет ФИО58 Потерпевший №1 1774 пая ЗПИФ рентный «Земли Подмосковья», перевод со счета ФИО58 Centela Trade LTD на счет ФИО58 Киселева Вадим Юрьевича 1774 пая ЗПИФ рентный «Земли Подмосковья» - были записаны и последний раз изменялись ДД.ММ.ГГГГ;

- списание со счета ФИО58 Киселева Вадима Юрьевича на счет ФИО58 ООО «ИК «ФИО3» 1774 пая, списание со счета ФИО58 Потерпевший №1 на счет ФИО58 ООО «ИК «ФИО3» 1774 пая – были записаны и последний раз изменялись ДД.ММ.ГГГГ. После указанного периода изменения в данные проводки не вносились.

Проводки базы данных бэк-офиса и бухгалтерии за декабрь 2012 года были сделаны и последний раз изменялись в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. После указанного периода изменения в данные проводки не вносились. (т.4, л.д.150-170)

- решение арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу А40-145317/15-175-478Б, согласно которому в отношении ООО «ИК «ТКС» введена процедура наблюдения, временным управляющим назначен ФИО47, руководителя обязали не позднее 15 дней предоставить управляющему всю документацию по экономической деятельности за 3 года до введения наблюдения. (т.4, л.д.171-172)

- решение Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № А60-36002/2015, в котором судом развернуто изложена и обоснована со ссылками на нормы законодательства аналогичная позиция, согласно которой владелец бездокументарной ценной бумаги устанавливается на основании записи в системе ведения реестра владельцев именных ценных бумаг.(т.4, л.д.199-214)

-решения арбитражного суда <адрес> ДД.ММ.ГГГГ дело А-40-145317/15-175-478Б,ДД.ММ.ГГГГ дело А-40-145317/15-175-478Б, ДД.ММ.ГГГГ дело А-40-145317/15-175-478Б, ДД.ММ.ГГГГ дело А54-2928/2016, где представителем ООО «УК «ФИО3» по доверенности конкурсного управляющего ФИО9 участвуют ФИО48 и Свидетель №2, ФИО48 по доверенности ФИО20 М.В.(т.5, л.д.6-18)

-копии материалов уголовного дела № в отношении Киселева В.Ю. по ч.4 ст.160 УК РФ, представленные Пресненским районным судом <адрес> по судебному запросу (т.5, л.д.132-266), согласно которым:

- в протоколе обыска ДД.ММ.ГГГГ в ООО «ФИО3» в комнате № обнаружен сервер, информация с которого скопирована на жесткий диск WCATR1521889, т.е. сервер не изымался, а был копирован,

- в протоколе осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ осмотрен указанный диск WCATR1521889, на котором обнаружена папка 1С с 1020 элементами,

- вместе с другими материалами дела диск с информацией выделен из дела № и приобщен к делу №.

-ответ на судебный запрос следователя 12 отдела следственной части ГСУ ГУ МВД России по <адрес> ФИО49, которая изучила жесткий диск WCATR1521889, изъятый в ходе обыска в ООО «ИК «ФИО3» и предоставила его копию суду.(т.6, л.д.159)

- сведения электронного журнала базы бэк-офиса ООО «ИК «ФИО3» за 2013 год о наличии договоров с участием ФИО20 М.В. по продаже им акций Вышневолоцкого мебельного деревообрабатывающего комбинате, лесозавода №, агрофирмы «Мценская» частной компании Синтела ФИО21 Лтд, от имени которой действует ООО «ИК «ФИО3». (т.8, л.д.100-112)

     Просмотренные в судебном заседании сведения электронного журнала подтверждают наличие сделок, которые отражены в заключении эксперта 2013-м годом у ФИО20 в бэк-офисе, какие именно сделки, характер сделок, свидетельствуют о том, что эти сделки не имеют никакого отношения к переводу 1774 паев ФИО20 в декабре 2012-го года.

В судебном заседании были исследованы доказательства, представленные стороной обвинения, а именно потерпевшим и его представителем:

- приговор от ДД.ММ.ГГГГ Пресненского районного суда <адрес>, согласно которому Киселев В.Ю. осужден по ч.4 ст.160 УК РФ к 4 г. 3 мес. лишения свободы в ИК общего режима, по Постановлению Рязанского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ освобожден условно-досрочно на 1 год 10 мес. 17 дней ДД.ММ.ГГГГ, (т.4, л.д.70-74)

- определение 9-го арбитражного апелляционного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу А40-145317/15, определение арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу А40-145317/15-175-478Б, согласно которым в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) «ИК «ФИО3» установлена субсидиарная ответственность по обязательствам должника «ИК «ФИО3» Киселева В.Ю. 100%, ФИО22 АВ 100%, ФИО22 Ю.В. 30%, ФИО44 23% от обязательств должника в размере требований кредиторов, согласно которому суд отмечает обоснованные сомнения в достоверности сведений депозитарного учета за период после ДД.ММ.ГГГГ. (т.4, л.д.193-112)

Изучив данные документы, суд признает их не имеющими отношения к настоящему делу, т.к. рассматриваемый период обвинения определен декабрем 2012 года.

Обстоятельства, изложенные в данных судебных актах, не имеют отношения к текущему уголовному процессу, так как согласно текстам Постановлений в них идет речь о периоде после ДД.ММ.ГГГГ, когда ООО «ИК «ФИО3 Квадр ФИО23» не проходила аудит, а исследуемый в рамках данного уголовного дела период – это декабрь 2012 года.

- определение Арбитражного суда <адрес> по делу №А54-2928/2016 от ДД.ММ.ГГГГ о продлении процедуры реализации имущества, согласно которому в реестр требований кредиторов Киселева В.Ю. включены требования на сумму 244 442 475,5 руб., не рассмотрены судом требования на сумму 227 158 608,98 руб. (т.4, л.д.215-217)

Суд не принимает данный документ в качестве доказательства по делу, т.к. он не имеет правового значения по делу.

- бизнес-справка компании ООО «Сентелла ФИО21 лтд», представленная потерпевшим ФИО20 М.В. в подтверждение якобы того, что отчетность данной компании нулевая, а значит она не совершала никаких операций, в том числе сделку с ним ДД.ММ.ГГГГ по паям ЗПИФ «Земли Подмосковья». Суд не принимает данный документ в качестве доказательства по делу, т.к. он не соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам, не имеет ни подписи, ни печати, его происхождение неизвестно. В данном документе в графах «Баланс», «Отчет о прибылях и убытках», «Обременения» написано – «нет данных», что не означает, что отчетность компании нулевая, что у нее не было сделок, прибыли или убытков. В этой справке нет информации и по сделке между Centela Trade Ltd и Киселевым В.Ю., которую никто из сторон процесса не оспаривает. (т.6, л.д.145-150)

- ответ конкурсного управляющего ООО «ИК «ТКС» от ДД.ММ.ГГГГ на судебный запрос, согласно которому бухгалтерские регистры и документы депозитарного учета на бумажном или электронном носителе ему не предоставлялись и не передавались. (т.5, л.д.1-4)

Данный ответ противоречит установленным обстоятельствам по делу (протоколу обыска от ДД.ММ.ГГГГ и копировании информации с сервера компании, копии жесткого диска WCATR1521889, представленного суду следователем, заключением финансово-технической экспертизы), а также предыдущему ответу того же управляющего без даты следователю (т.2, л.д.155), в связи с чем не принимается судом.

Судом изучены ответы конкурсного управляющего ООО «ИК «ФИО3» ФИО9 (т.2, л.д.155 и т.5, л.д.1-4). Согласно первому ответу на запрос следователя в программе 1С Депозитарий депозитария ООО «ИК «ФИО3» сведения о переводе 1774 паев ЗПИФ «Земли Подмосковья» со счета Centela Trade Ltd на счет ФИО20 М.В. отсутствуют. На основании данного ответа следователь ФИО50 сделал вывод, что приведенные конкурсным управляющим сведения подтверждают факт того, что ФИО20 М.В. ценные бумаги у компании Centela Trade Ltd не приобретал.

Согласно второму ответу, уже на запрос суда, ФИО9 сообщает, что ни бухгалтерские регистры, ни документы депозитарного учета, в том числе на бумажном или электронном носителе ему никем не передавались, ни бывшим генеральным директором ООО «ИК «ФИО3» Киселевым В.Ю., ни исполняющим обязанности генерального директора ФИО20 М.В., ни временным управляющим ФИО47

Давая ответ следователю, ФИО9 не предоставил ни скринов баз данных, которые подтвердили бы его слова, ни информацию о том, какой программой и лицензией он пользовался для открытия базы данных 1С Депозитарий, а лишь дал голословное пояснение о том, что данной проводки в базе 1С Депозитарий не найдено. Данная информация опровергается заключением судебной экспертизы по базам данных 1С Депозитария компании ООО «ИК «ФИО3».

Давая ответ суду, ФИО9 сообщил, что у него в принципе нет никаких баз данных. Тогда как же он в первый раз открывал какую-то базу данных 1С Депозитарий и не нашел в ней запрашиваемую проводку, если у него в принципе отсутствует данная база, согласно его второму ответу. Данный факт опровергается протоколом обыска в офисе ООО «ИК «ТКС» от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого базы данных были скопированы без изъятия компьютеров и жестких дисков.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что ответам конкурсного управляющего ООО «ИК «ФИО3» доверять категорически нельзя.

- личная карточка работника, должностная инструкция специалиста аналитического отдела, трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ, доп. соглашение № к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, квалификационный аттестат от ДД.ММ.ГГГГ специалиста финансового рынка по депозитарной деятельности ФИО44, приобщенные потерпевшим ФИО20 М.В. в обоснование своих доводов о критическом отношении к показаниям свидетеля ФИО44, который на момент подготовки депозитарных поручений по договору от ДД.ММ.ГГГГ «..не имел квалификационного аттестата, участвовал в фальсификации депозитарного учета ООО «ИК «ФИО3»..».(т.4, л.д.271-281)

Суд не принимает указанные копии документов в качестве доказательств, т.к. они никем не заверены, подлинники суду не предоставлялись. Свидетель Сягаев в судебном заседании перед началом допроса предупреждался от уголовной ответственности по ст.ст.307,308 УК РФ.

- выписка из ЕГРЮЛ ООО «Майнинг Оушен», учредитель и ген.директор ФИО22 Ю.В., среди видов деятельности в т.ч.-разработка компьютерного программного обеспечения.

    Данная выписка не умаляет выводов заключений финансово-технических экспертиз и не свидетельствует о фальсификации электронной базы данных, представленной стороной защиты.

-отчет о выполнении депозитарной операции от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на счету ФИО15 М.В. К 4002ДД.ММ.ГГГГ пая. (т.8, л.д.114)

Данный документ подтверждает, что на счете ФИО20 М.В. были эти паи, но не свидетельствует о том, у кого он их приобрел.

- 2 уведомления по ЗАО «Первый Специализированный Депозитарий» за ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым зафиксированы приходная и расходная записи по счету ФИО58 клиента К4002ДД.ММ.ГГГГ пая. (т.8, л.д.115-116)

Данный факт также не оспаривается никем в судебном заседании.

- отчет № депозитария ООО «ИК «ТКС» за ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому по счету ФИО58 № депонета ФИО20 М.В. произведено снятие с депонирования ЦБ, номер операции С000013354, поручение № от ДД.ММ.ГГГГ, в качестве взноса в уставной капитал 1774 пая, контрагент ООО «ИК «ТКС». (т.8, л.д.117)

Данный документ не опровергает выводов эксперта о внутренней проводке этого поручения от ДД.ММ.ГГГГ фактически датой от ДД.ММ.ГГГГ и не противоречит ему.

Довод представителя потерпевшего адвоката ФИО52 о том, что «отсутствие в базе 1СБэк-офис операций ФИО20 в 2012 году свидетельствует о том, что ФИО20 купил 1774 пая именно у лица, которое не имело брокерского договора с ООО «ИК «ТКС»- Свидетель №2» не основан на материалах дела и законодательстве, регулирующем оборот ценных бумаг, в связи с чем отклоняется судом, как несостоятельный.

- сообщение пресс-службы ЦБ РФ об аннулировании аттестатов Киселева В.Ю. с ДД.ММ.ГГГГ.(т.8, л.д.118)

Оценивая представленную информацию, суд приходит к выводу, что она не имеет доказательственного значения по делу, относится к периоду, не относящемуся к обвинению.

Таким образом, суд доверяет показаниям, данным в суде подсудимым Киселевым В.Ю. о том, что он (Киселев) не приискивал и не представлял в суд договор от ДД.ММ.ГГГГ, имеющийся в материалах дела; требования юридического лица ООО «УК «ФИО3» к ФИО20 М.В. не являются требованиями лично Киселева В.Ю.

Совместно Киселевым и ФИО20 было принято решение увеличить уставной капитал компании. С этой целью ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 М.Ю., как физическое лицо, заключил договор купли-продажи с Centela Trade Ltd в лице ООО «Инвестиционная компания «ФИО3» о приобретении паев закрытого паевого инвестиционного рентного фонда «Земли Подмосковья» в количестве 1774 шт. на общую сумму 180 млн. рублей. По условиям заключенного договора денежные средства должны быть внесены до ДД.ММ.ГГГГ на счет компании Centela Trade Ltd. От имени компании ООО «Инвестиционная компания ФИО3» договор подписывал Киселев В.Ю., как генеральный директор. В этот же день на счет ФИО15 М.В. были перечислены 1774 штуки ЗПИФ рентный «Земли Подмосковья». Данный факт подтверждается отчетом без номера о выполнении депозитарной операции по счету ФИО58 № Ю400001. После чего ФИО20 М.В. указанные ценные бумаги внес в уставный капитал Компании ООО «Инвестиционная компания ФИО3». Данное обстоятельство не отрицает сам ФИО20 М.В., об этом в своих показаниях говорят свидетели Сягаев, Ануфриев и это следует из базы 1С Депозитарий, согласно заключений экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ. Права требования по указанному договору купли-продажи ценных бумаг от ДД.ММ.ГГГГ перешли к ООО «Управляющая компания «ФИО3» на основании договора уступки прав требований от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «Управляющая компания «ФИО3» в лице Киселева В.Ю. и частной компанией с ограниченной ответственностью Centela Trade LTD также в лице Киселева В.Ю.

Пребывая в СИЗО, Киселев В.Ю. никакие документы по гражданскому процессу адвокату ФИО61 не передавал и не подписывал, исковые заявления подписывала она лично, так как на это у нее были полномочия в рамках выданной ей Киселевым В.Ю. ДД.ММ.ГГГГ доверенности; в суд был представлен не тот самый оригинальный договор, который Киселев подписывали с ФИО20 М.В. ДД.ММ.ГГГГ, в нем подделана подпись самого Киселева В.Ю.; полученный ФИО61 ДД.ММ.ГГГГ исполнительный лист к исполнению не предъявлялся, исполнительное производство в отношении ФИО20 М.В. не возбуждалось;

Показания в суде подсудимого Киселева, противоречащие версии следствия о том, как развивались события, подтверждаются показаниями свидетелей ФИО10, ФИО37, ФИО44, данными ими в суде, документами об отсутствии исполнительного производства по решению от ДД.ММ.ГГГГ., заключениями финансово-технических и почерковедческих экспертиз.

Показаниям потерпевшего ФИО20 М.В. и свидетеля Свидетель №2 суд не доверяет, т.к. они противоречат приведенным выше доказательствам и прямо опровергаются ими.

Суд отмечает, что потерпевший ФИО20 М.В. и свидетель Свидетель №2, давая в суде показания, не могут конкретизировать их, ссылаясь на прошедшее с момента событий время и забывчивость.

Суд по приведенным выше основаниям доверяет показаниям свидетелей ФИО10, ФИО37, ФИО44 и учитывает, что при рассмотрении дела в суде причин для оговора ими как ФИО20 М.В., так и Киселева В.Ю., не было установлено. Так, свидетель ФИО61 ранее не была знакома с ФИО20, неприязни к нему не испытывает. Свидетели Ануфриев и Сягаев были ранее знакомы с ФИО20 и Киселевым по совместной работе, неприязненных отношений не имели, какой-либо их заинтересованности в исходе настоящего уголовного дела не установлено.

По сути обвинения, Киселеву В.Ю. вменяется мошенничество, совершенное якобы этим гражданином с использованием «втемную» другого гражданина с процессуальными полномочиями представителя третьего юридического лица, путем предъявления представителем суду подложных или поддельных документов в качестве доказательства заявленных организацией требований о взыскании денежных средств, имеющего целью вынесение судом по гражданскому делу заведомо неправосудного решения, исполнение которого за счет принадлежащего ФИО20 М.В. имущества приведет к неосновательному обогащению сначала ООО «УК «ФИО3», а впоследствии и самого Киселева В.Ю.

Из примечания следователя в отношении одного из доказательств следует, что учредителями ООО «УК «ФИО3» (99/1) являются Киселев В.Ю. и подконтрольная ему же частная компания с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД» (на самом деле, у Киселева В.Ю. всего 0,1%). Таким образом, по мнению следователя, единственным получателем денежных средств в случае удовлетворения судом заявленных ООО «УК «ФИО3» требований являлся сам Киселев В.Ю. По мнению следователя, договор уступки прав требования б/н от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ООО «Управляющая компания «ФИО3» в лице Киселева В.Ю. и частной компанией с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД» также в лице Киселева В.Ю., согласно которому права требования с ФИО20 М.В. денежных средств по договору купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ, переходят к ООО «Управляющая компания «ФИО3», является «фиктивной» сделкой ввиду того, что обе стороны сделки подконтрольны Киселеву В.Ю. Экземпляр копии этого договора получен ФИО10 от неустановленных лиц для приложения к иску о взыскании с ФИО20 М.В. денежных средств.

Суд полагает данные выводы следователя не основанными на законе и имеющихся в деле доказательствах на основании следующего.

Киселев В.Ю., в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являлся лицом, осуществлявшим функции единоличного исполнительного органа Общества с ограниченной ответственностью ООО «Управляющая компания «ФИО3» (ООО «УК «ФИО3» 115054, <адрес>, 3-й <адрес>, 4-6/17, стр.1, ОГРН: 1077759121065, дата присвоения ОГРН: ДД.ММ.ГГГГ, ИНН: 7705805261, КПП: 770501001) – его генеральным директором.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ, участниками (учредителями) ООО «УК «ФИО3» являются Частная компания с ограниченной ответственностью Синтела ФИО21 Лтд (Христодулу Хатзипавлу, 205 Лулупис Корт, 2-й Этаж, квартира/офис 201, почтовый индекс 3036, Лимассол, Кипр) с номинальной стоимостью доли в рублях – 9990 (99,9%); Киселев В.Ю. - с номинальной стоимостью доли в рублях – 10 (0,1%). Имеющимися в уголовном деле документами не подтверждается факт того, что лицом, владеющим Частной компанией с ограниченной ответственностью Синтела ФИО21 Лтд, является Киселев В.Ю., выступавший в сделке (договор уступки прав требования б/н от ДД.ММ.ГГГГ) как орган управления этой организации.

Согласно ст.53.2 ГК РФ, если физические и юридические лица способны оказывать влияние на предпринимательскую деятельность юридических и (или) физических лиц, то оценка обстоятельств, наличие или отсутствие аффилированности, ее последствия и т.п. определяются в соответствии с Законом РСФСР от ДД.ММ.ГГГГ № «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках». Факты юридической, экономической и иной подконтрольности (в том числе на основании взаимозависимости контрагентов); транзитные операции между взаимозависимыми (аффилированными) участниками взаимосвязанных операций (в том числе через посредников, с особыми формами расчетов, сроками платежей); обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников хозяйственной деятельности и т.п., сами по себе не свидетельствуют о недействительности сделок между юридическими лицами, от имени которых договор подписывает одно и тоже лицо.

Согласно пункту 1 ст. 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. Таким образом, действия органов юридического лица, признаются действиями самого юридического лица, а не их представителя - гражданина, поставившего подпись в договоре.

В соответствии с позицией, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № по делу № А12-12055/2013, защита прав юридического лица при совершении его единоличным исполнительным органом сделки в отношении другого юридического лица, единоличным исполнительным органом которого он ФИО2 является, осуществляется применительно к п. 3 ст. 182 ГК РФ по иску юридического лица - стороны сделки либо его учредителей (участников) посредством признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности. Поэтому довод следователя о якобы «фиктивности», т.е. недействительности договора цессии может быть подтвержден единственно допустимым доказательством – заверенной копией судебного решения, вступившего в законную силу.

Из примечания следователя в отношении другого доказательства следует, что договор купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО20 М.В. и частной компанией с ограниченной ответственностью «СИНТЕЛЛА ФИО21 ЛТД» на сумму 180238400 рублей самим ФИО20 М.В. не подписывался, а подпись от имени ФИО20 М.В. выполнена другим лицом. Указанные в договоре ценные бумаги ФИО20 М.В. действительно приобрел, но якобы у другого установленного следствием лица.

Относительно факта владения и распоряжения ФИО20 М.В. ценными бумагами – инвестиционными паями закрытого паевого инвестиционного рентного фонда «Земли Подмосковья», приобретенными в количестве 1774 штук по цене 101600 рублей за штуку по сделке с якобы установленным следствием лицом, суд не нашел подтверждения данному выводу в законе и имеющихся в деле документах на основании следующего.

Согласно положениям Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» права владельцев на ценные бумаги подобного типа удостоверяются записями по счетам ФИО58 или лицевым счетам. Право на такую ценную бумагу переходит к новому приобретателю с момента внесения приходной записи по счету ФИО58 или лицевому счету нового приобретателя.

В гражданском процессуальном праве выделяют несколько способов оспаривания доказательств: заявление о недействительности доказательства, опровержение сведений, содержащихся в доказательстве, заявление о подлоге (подделке) доказательства. Проведенная по гражданскому делу № экспертиза имела своим предметом не опровержение достоверности события передачи ФИО20 М.В. ценных бумаг по сделке с Частной компанией с ограниченной ответственностью Синтела ФИО21 Лтд, а создание условий для исключения из гражданского дела № недопустимого доказательства в виде копии экземпляра договора договор купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ. Проведенная по настоящему уголовному делу экспертиза также имела своим результатом подтверждение установленного в рамках гражданского дела № юридического факта о том, что в копии экземпляра договора купли-продажи ценных бумаг б/н от ДД.ММ.ГГГГ нет воспроизведения подписей не только ФИО20 М.В., но и Киселева В.Ю.

Из материалов дела следует, что учет прав на ценные бумаги – инвестиционные паи закрытого паевого инвестиционного рентного фонда «Земли Подмосковья», приобретенные ФИО20 М.В. в количестве 1774 штук, осуществлялся депозитарием ООО «ИК «ФИО3» (123317, <адрес>А, строение 1, ОГРН: 1067746245863, дата присвоения ОГРН: ДД.ММ.ГГГГ, ИНН: 7702593259, КПП: 770301001). По результатам проведенной экспертизы установлен факт отражения этим депозитарием операций по приобретению ФИО20 М.В. именно у Частной компании с ограниченной ответственностью Синтела ФИО21 Лтд ценных бумаг, упомянутых в договоре б/н от ДД.ММ.ГГГГ, и именно в таком же количестве и сходную дату. Так же этим депозитарием отражены операции ФИО20 М.В. по дальнейшему распоряжению упомянутыми ценными бумагами для исполнения его собственных обязательств по оплате увеличения уставного капитала ООО «ИК «ФИО3», что подтвердил ФИО20 М.В. в суде.

Данных о том, что ФИО20 М.В. упомянутые ценные бумаги приобретены у Свидетель №2, а также данных о том, что Свидетель №2 когда-либо на законном праве владел ценными бумагами, поступившими впоследствии во владение ФИО20 М.В., по результатам компьютерной экспертизы файлов с отражением учетных операций с паями не выявлено, а допустимых доказательств обратного суду не представлено. Сам Свидетель №2 на допросе в суде не смог привести доказательств владения ценными бумагами, которые поступили во владение ФИО20 М.В.

Из ответа суду конкурсного управляющего ООО «ИК «ФИО3» следует, что ранее данный следователю ответ на запрос № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2, л.д. 155) не основывается на данных учета транзакций в депозитарии ООО «ИК «ФИО3», поскольку суду управляющий ответил об отсутствии у него соответствующего программного обеспечения с этими базами учета (как самого жесткого диска, так и резервной копии сведений, сформированных в программе 1С на жестком диске, изъятом по уголовному делу №).

Соответственно, из результатов экспертизы, проведенной на основании данных учета, находящихся на материальных носителях, изъятых в рамках другого уголовного дела, следует, что ФИО20 М.В. приобретены паи в количестве 1774 штук у Частной компании с ограниченной ответственностью Синтела ФИО21 Лтд. А впоследствии, что подтверждается самим ФИО20 М.В., эти ценные бумаги были отчуждены ФИО20 М.В. в пользу ООО «ИК «ФИО3» для исполнения обязательства ФИО20 М.В. по оплате долей в уставном капитале в порядке, установленном законом для соответствующей организационно-правовой формы этого хозяйствующего субъекта.

Суд в очередной раз не соглашается с доводами следователя в отношении того, что единственным получателем денежных средств ФИО20 М.В. в случае удовлетворения судом заявленных ООО «УК «ФИО3» требований являлся сам Киселев В.Ю.

Имеющимися в уголовном деле документами не подтверждается факт того, что лично Киселев В.Ю. приобрел права на имущество ФИО20 М.В. по итогам прекращения судом гражданского спора между последним и ООО «УК «ФИО3» на основании следующего.

Статьи 159 и 303 УК РФ, устанавливая, что посягательство на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, а также фальсификация доказательств по гражданскому делу подлежат уголовной ответственности, обеспечивают защиту охраняемых законом интересов общества и государства, установившего, что право частной собственности охраняется законом (ст. 35 Конституции РФ). Вместе с тем, если при рассмотрении гражданского дела суд установит, что обращение с иском не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то способом процессуальной защиты исправной стороны могут быть заявления в порядке ст.ст. 99, 186 ГПК РФ или ст. 10 ГК РФ. Обращение же гражданина, юридического лица в органы государственной власти, в т.ч. суд общей юрисдикции, само по себе не является основанием для уголовного преследования по ч. 4 ст. 159 УК РФ, даже и в том случае, если стороной недобросовестно заявлен неосновательный иск или спор относительно иска либо оказывалось систематическое противодействие правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела.

Суд приходит к выводу, что в действиях лично Киселева В.Ю. отсутствуют все признаки состава вмененного ему преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, на основании следующего.

ДД.ММ.ГГГГ Киселевым В.Ю., действующим не от своего имени, а от имени ООО «УК «ФИО3», совершена доверенность, которой ФИО10 уполномочивалась на процессуальные действия в интересах ООО «УК «ФИО3», в частности, в судах общей юрисдикции. Доверенность выдана с правом передоверия полномочий третьим лицам.

Киселев В.Ю. взят под стражу ДД.ММ.ГГГГ, а впоследствии осужден ДД.ММ.ГГГГ по приговору Пресненского районного суда <адрес> по ч.4 ст.160 УК РФ к 4 годам 3 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима. По постановлению Рязанского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ освобожден условно-досрочно ДД.ММ.ГГГГ.

В период нахождения Киселева В.Ю. под стражей, ДД.ММ.ГГГГ ФИО10, действуя по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ в интересах ООО «УК «ФИО3», получив в отсутствие Киселева В.Ю. от неустановленных лиц при неустановленных следствием обстоятельствах копии правоустанавливающих документов о долге ФИО20 М.В. перед ООО «УК «ФИО3», обратилась в Реутовский городской суд <адрес> с иском к Потерпевший №1, с требованиями о взыскании в пользу ООО «УК «ФИО3» денежных средств в размере 180298400,00 руб., которые были удовлетворены заочным решением суда от ДД.ММ.ГГГГ №. Это решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, во исполнение решения ДД.ММ.ГГГГ выдан исполнительный лист серия ФС №, который был получен ДД.ММ.ГГГГ лично ФИО10

В соответствии со ст.ст.182 и 183 ГК РФ представитель ФИО10, действующая от имени ООО «УК «ФИО3» (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого, в данном случае ООО «УК «ФИО3», а не Киселева В.Ю., подписавшего доверенность в статусе органа юридического лица. Если ФИО10 по версии следствия действовала в интересах лично Киселева В.Ю. на основании доверенности от ООО «УК «ФИО3», то такие действия считаются совершенными от имени и в интересах не Киселева В.Ю., а лично ФИО10 до тех пор, пока ООО «УК «ФИО3» их не одобрит. После такого одобрения, гражданские права и обязанности от действий ФИО10 с момента их совершения принадлежат непосредственно ООО «УК «ФИО3», а не Киселеву В.Ю. Таким образом, лично у Киселева В.Ю. никогда не возникало основания или возможности получить с ФИО20 М.В. денежные средства в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (когда исполнительный лист не считался ничтожным).

Из совокупности имеющихся в деле документов следует, что одобрение содеянного ФИО10 (предъявление иска к ФИО20 М.В.) подтверждается действиями ООО «УК «ФИО3» уже в лице генерального директора ФИО51, подавшего на решение от ДД.ММ.ГГГГ по предъявленным ДД.ММ.ГГГГ от имени ООО «УК «ФИО3» ФИО10 требованиям апелляционную жалобу.

В соответствии со ст.8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Из толкования подпункта 3 пункта 1 статьи 8 ГК РФ для описанной в обвинительном заключении ситуации следует, что заочным решением суда от ДД.ММ.ГГГГ № именно судом установлен размер денежного обязательства ФИО20 М.В. перед истцом ООО «УК «ФИО3», а с момента выдачи исполнительного листа у истца – юридического лица, появилась возможность обратиться за государственным понуждением исполнения ФИО20 М.В. обязательства в установленном судом размере. При этом, такая возможность существовала только в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. По данным ЕГРЮЛ, находящимся в открытом доступе, в этот период, а точнее с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ лицом, осуществлявшим функции единоличного исполнительного органа ООО «УК «ФИО3», являлся ФИО11, а с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - ФИО12.

Определением Реутовского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № отменено заочное решение от ДД.ММ.ГГГГ №, рассмотрение дела по существу возобновлено. Решением Реутовского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №~(2-1024/2016) в удовлетворении иска ООО «УК «ФИО3» к ФИО20 М.В. о взыскании денежных средств отказано в полном объеме.

ДД.ММ.ГГГГ от имени ООО «УК «ФИО3» его генеральный директор ФИО51 подал на решение от ДД.ММ.ГГГГ апелляционную жалобу. ДД.ММ.ГГГГ ФИО51 совершена доверенность, которой ФИО13 уполномочивался на процессуальные действия в интересах ООО «УК «ФИО3», в частности, в судах общей юрисдикции. ДД.ММ.ГГГГ ФИО13, действуя по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ в интересах ООО «УК «ФИО3», в суде апелляционной инстанции отказался от исковых требований к ФИО20 М.В., которые были предъявлены ДД.ММ.ГГГГ от имени ООО «УК «ФИО3» ФИО10

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ № решение Реутовского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №~(2-1024/2016) об отказе в удовлетворении иска ООО «УК «ФИО3» к ФИО20 М.В. отменено, производство по делу прекращено.

Из вышеизложенного следует, что возможность обратиться в ФССП России за взысканием с ФИО20 М.В. денежных средств в пользу ООО «УК «ФИО3» могла быть реализована только в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и только лицами, осуществлявшими функции единоличного исполнительного органа ООО «УК «ФИО3» - генеральными директорами ФИО11 или ФИО12, либо представителем ООО «УК «ФИО3» по действительной доверенности с соответствующими полномочиями. Доказательств о наличии у Киселева В.Ю. подобных полномочий следователь не добыл.

Сам же Киселев В.Ю., владеющий 0,1% долей в уставном капитале ООО «УК «ФИО3» (а не 99% - по версии следствия), в соответствии с п. 1 ст. 67 ГК РФ и п. 1 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не может обращать в свою собственность имущественные права в отношении должников ООО «УК «ФИО3», принадлежащие обществу, в т.ч. и в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Сам Киселев В.Ю., как участник общества, вправе участвовать в распределении прибыли общества; получить часть имущества общества или его стоимости в размере, не превышающем действительной стоимости доли этого участника общества.

Суд не соглашается с доводами следствия о нарушении именно Киселевым В.Ю. личных имущественных прав ФИО20 М.В. Сторона обвинения не представила суду доказательств, что Киселев В.Ю., как участник ООО «УК «ФИО3» с долей в 0,1% в уставном капитале, или иные лица, в т.ч. ООО «УК «ФИО3», неосновательно обогатились (могли обогатиться) за счет личного имущества ФИО20 М.В. по возникшему из заочного решения суда обязательству, и существовавшему только в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, когда Киселев В.Ю. без перерывов находился в колонии общего режима, а представитель ООО «УК «ФИО3» ФИО10 по подписанной Киселевым В.Ю. доверенности не предпринимала для взыскания никаких действий.

Заочным решением суда был определен только размер кредиторской задолженности ФИО20 М.В. Первым днем надлежащего исполнения должником денежного обязательства считается дата вступления решения суда в законную силу, но только в случае, если возбуждено исполнительное производство. Пока кредитор в течение срока для предъявления исполнительного документа для возбуждения исполнительного производства не предпринял никаких действий, то режим невостребованной и не срочной кредиторской задолженности сравним с прощением долга (ст. 415 ГК РФ).

В рассматриваемом случае, в отсутствие исполнительного производства отсутствовала и срочная к исполнению кредиторская задолженность ФИО20 М.В., следовательно, ни одно лицо, тем более Киселев В.Ю., не имело (не приобретало в смысле ст. 159 УК РФ) прав на денежные средства (имущество) ФИО20 М.В. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. А начиная с ДД.ММ.ГГГГ, и в момент возбуждения уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ, а также в настоящее время срочная задолженность ФИО20 М.В. перед ООО «УК «ФИО3» безусловно считается не возникшей, как минимум, с даты подачи искового заявления ФИО10, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ.

По сведениям открытого доступа из базы данных исполнительных производств ФССП России, а также из ответа УФССП России по <адрес> на запрос суда, исполнительное производство по листу серия ФС № не возбуждалось.

Исполнительный лист серия ФС №, который был получен в суде ДД.ММ.ГГГГ лично ФИО10, хранился у нее и в ООО «УК «ФИО3» никогда не передавался. Сразу после освобождения в мае 2017 года Киселев В.Ю. получил от ФИО10 документы, имевшие отношение к данному гражданскому производству, в числе которых был и исполнительный лист, который уже после ДД.ММ.ГГГГ в силу ч. 4 ст. 428 ГПК РФ являлся ничтожным, т.е. не влекущим правовых последствий для судебного пристава-исполнителя в виде обязанностей по возбуждению исполнительного производства, совершению в отношении должника и его имущества исполнительных действий и применению мер принудительного исполнения, вне зависимости от отзыва такого исполнительного листа выдавшим его судом (определение Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О). Все полученные от ФИО10 документы, относящиеся к процессу о взыскании с ФИО20 М.В. денежных средств в пользу ООО «УК «ФИО3», в т.ч. и исполнительный лист, были безвозвратно утрачены Киселевым В.Ю. в 2017 году за ненадобностью ввиду отмены заочного решения ДД.ММ.ГГГГ, и ввиду невозможности в будущем предпринимать какие-либо действия по данному вопросу от имени ООО «УК «ФИО3».

Оценивая все изученные доказательства, суд отмечает, что стороной обвинения не представлены неоспоримые доказательства совершения Киселевым В.Ю. вменяемого ему состава преступления- приобретения права на чужое имущества путем обмана, совершенное в особо крупном размере, а потому в предъявленном обвинении Киселева В.Ю. следует оправдать.

Согласно ч.4 ст. 302 УПК РФ, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. По настоящему уголовному делу их просто нет.

Кроме того, согласно ст. 49 Конституции РФ, ч.3 ст. 14 УПК РФ, все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленным УК РФ, толкуются в пользу обвиняемого. По смыслу закона в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся формы вины, степени и характера участия в совершенном преступлении, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.

В соответствии со ст.15, 240 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, свое решение выносит только на основе анализа доказательств, представленных сторонами, и непосредственно исследованных при судебном разбирательстве.

В судебном заседании установлено, что подача ООО «УК «ФИО3» через своего представителя ФИО10 искового заявления в суд не противоречит статье 46 Конституции РФ, статье 11 ГК РФ и статье 3 ГПК РФ. Само по себе предъявление иска с последующим отказом ООО «УК «ФИО3» от исковых требований без каких-либо последствий для ФИО20 М.В. не отвечает критериям ч.2 ст.140 УПК РФ как основание для возбуждения уголовного дела, следовательно, такое обстоятельство не может не повлечь прекращения уголовного преследования Киселева В.Ю. по предъявленному обвинению. Оснований для вывода о том, что ООО «УК «ФИО3» в данном случае не преследовало цели получения судебной защиты, а действовало во вред ФИО20 М.В., за что статьей 99 ГПК РФ предусмотрена компенсация за потерю времени, из материалов настоящего дела не следует, и судами разных инстанций в рамках ГПК РФ не установлено.

Таким образом, суд, исследовав и оценив в соответствии со ст. 88 УПК РФ каждое доказательство, добытое на предварительном следствии и в судебном заседании, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности - достаточности, проверив их по своему внутреннему убеждению путем сопоставления доказательств, представленных стороной обвинения и защиты, руководствуясь при этом законом и совестью, приходит к выводу о том, что обвинением причастность Киселева В.Ю. к совершению мошенничества, то есть приобретению права на чужое имущество путём обмана, совершённого в особо крупном размере, то есть преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, не доказана и Киселев В.Ю. по предъявленному ему обвинению по ч.4 ст.159 УК РФ подлежит оправданию в связи с отсутствием в его деяниях состава преступления.

Учитывая, что государственным обвинителем все возможности для собирания дополнительных доказательств исчерпаны, что по окончании судебного следствия и в прениях ходатайств о представлении новых доказательств не поступило, защита также в этой части никаких ходатайств не заявила, а суд не вправе по собственной инициативе принимать меры к доказыванию наличия в деле обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ и имеет своим назначением осуществлять защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, суд основывает свой приговор на показаниях свидетелей ФИО10, ФИО37, ФИО44, ФИО40 в судебном заседании, которым не доверять нет никаких оснований, поскольку они согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу, на показаниях подсудимого Киселева В.Ю. в судебном заседании, на всей совокупности доказательств, собранных предварительным и судебным следствием.

На основании изложенного, в соответствии с п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ в отношении Киселева В.Ю. должен быть вынесен оправдательный приговор с признанием за Киселевым В.Ю. права на реабилитацию в порядке гл.18 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст.296-299, 302- 306, 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Киселева Вадима Юрьевича, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, оправдать на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

Меру пресечения Киселеву В.Ю. в виде залога отменить, внесенную в залог денежную сумму возвратить залогодателю по вступлении настоящего приговора в законную силу.

В соответствии с гл.18 УПК РФ признать за Киселевым В.Ю. право на реабилитацию.

Разъяснить Киселеву В.Ю. порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Киселев В.Ю. содержался под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Вещественные доказательства:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Гражданский иск не заявлен.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Московский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а оправданным - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В апелляционной жалобе, поданной в указанной срок, оправданный вправе заявить ходатайство о своём участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

В кассационном порядке приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Федеральный судья            /подпись/            О.Г. Сидоренко

Копия верна

Судья:                                                          Секретарь: